Книга Холодный кофе, или Одиночество Офелии Коулман, страница 112 – Хелена Хейл

— Так и думал, что ты ни хрена меня не поймешь! – крикнул он и снова ускорился.

Я побежала за ним.

— Рей, ты что, бросаешь меня прямо здесь? Я, знаешь ли, боюсь койотов. Не думаю, что смогу нанести им апперкот.

— Твой дом в десяти минутах ходьбы! – проорал он.

К черту. Я перелезла через забор, едва не угодив в канаву с навозом, затем, ругаясь себе под нос, дошла до дома. Бабушка с дедом даже не заикнулись о Реймонде, наверное, они сами поняли все по моему выражению лица. Я ужасно злилась, но и винила себя в том, что не смогла его успокоить. Мы с Беннетом были похожи, и я могла понять его реакцию, но, вместо того чтобы попытаться выслушать, утихомирить, начала осуждать. А с другой стороны, он и сам мог ради матери хоть чуточку напрячься и ограничиться разбитой кружкой!

Реймонд был прав: нужно возвращаться в Нью-Джерси. Я прилегла, чтобы поразмышлять над дальнейшими действиями. В итоге одолжила у мамы денег на билет и подорвалась с постели. Раз уж завтра мне улетать, самое время посетить казино.

Офелия: «Аш, мы можем съездить в казино? Сейчас».

Прочел сообщение. Две минуты спустя появилась бегущая строка.

Аштон: «Заеду через двадцать минут».

Через двадцать одну минуту я услышала, как колеса автомобиля буксуют в песке у забора нашего ранчо.

— До чего пунктуальный парень. – Я хлопнула себя по бедру и вышла из дома, сменив обувь. Прежнюю пришлось оставить на улице до утренней чистки.

Аштон сцепил руки и постукивал по коже большими пальцами, нервно вышагивая вдоль машины. Явно переживал о том, как себя вести после случившегося. На нем было кашемировое серое пальто, которое прекрасно сочеталось с цветом глаз, но не с синяками, которые оставил Реймонд.

— Так, давай-ка сразу проясним, – с ходу начала я, торопливо приближаясь к машине, – никаких ужимок, между нами все в порядке. Начнешь распускать руки – останешься без пальцев. В конце концов, я же прославленная убийца.

Сначала брови Аштона взлетели вверх, а потом он разразился хохотом.

— Боже, Офелия, ты чудо. Клянусь, единственный экземпляр в своем роде. Садись!

Пристегнувшись, мы двинулись в путь. Аштон подключил музыку с телефона, и в салоне довольно громко зачитал рэп Кендрик Ламар.

— Одна из моих любимых песен. – Я улыбнулась и закачала головой в такт «Money Trees», прикуривая.

— Что с твоим лбом? – спросил Аштон.

Я опустила козырек и осмотрела голову. Под челкой почти ничего не видно.

— Очередная стычка с дверьми. Они меня за что-то не любят.

Аштон хохотнул и неодобрительно покачал головой.

Снаружи казино выглядело как старинный паб, где можно было встретить ковбоев. Вроде неброско, но внутри встречали швейцары, и интерьер был роскошен.

Я почувствовала себя самым бедным муравьем в этом люксовом муравейнике и все же встряхнула плечами, чтобы придать себе уверенности, и взяла Аштона под локоть. Он здесь на хорошем счету, так что разумнее держаться рядом. Из музыкального автомата играл джаз, а официант, как только заметил нас, сразу угостил шампанским. После газированных спиртных напитков я бывала сама не своя, но сейчас твердо решила держать планку, аристократично попивая из бокала и непременно отогнув мизинец – эту деталь я подсмотрела у Аштона.

Около рулетки столпилось большое количество посетителей – в основном мужчин в дорогих костюмах. Со стороны игровых автоматов слышалась ругань, вероятно, фортуна кого-то сегодня обошла стороной. В углу стояли два стола: один для покера, второй – для блэкджека. За ними сидели важного вида мужчины, они курили сигары и лапали девушек, крутящихся вокруг. За покерным столом возвышался Гордон Холл.