Книга Холодный кофе, или Одиночество Офелии Коулман, страница 6 – Хелена Хейл

Я рассмеялась.

— Вот уж от чего хотелось бы держаться подальше, так это от вечеринок. И людей.

— По поводу людей обещать не могу, как минимум от меня тебе будет сложно избавиться. Ты мне нравишься. – Она дружески ткнула меня локтем, меня же передернуло от перспективы постоянного общения с активисткой. – От вечеринок тоже не сбежать. Для греческих организаций они обязательны. Те, кто живет в общежитиях, просто мечтают о них каждую неделю. О времени проведения вечеринки узнать просто – на входной двери выбранной коммуны по четвергам вывешивают здоровенный плакат.

— Что-то мне стало грустно.

— Да ладно тебе! Я на первом курсе так же от всего шарахалась и была серой мышкой в очках с толстыми линзами – такими, что впору в телескоп вставлять! А теперь, взгляни, – Брианна покружилась, – стала обычной студенткой Принстонского университета.

— Что-то меня подташнивает… – прошептала я, осознавая масштабы бедствия.

— Твоя первая пара завтра утром – французский, – продолжала Брианна. – Как я поняла, ты сама выбрала этот предмет. Перед французским мы с Джошем, это мой парень, встретим тебя и проведем экскурсию по кампусу.

— Ага, спасибо.

— Ты всегда такая общительная?

— Поверь, я сказала тебе вдвое больше слов, чем обычно за месяц. – Я выдавила улыбку.

Брианна нагло открыла мой чемодан, пока я отодвигала в сторону второй, собранный мамой.

— О. Мой. Бог!!! – Брианна завопила так, что от испуга я дернулась, споткнулась о чемодан и распласталась на полу. – Ой, ты в порядке?

— Это мое привычное состояние, – ответила я и взялась за протянутую руку помощи Брианны. – Что стряслось?

— Ты вообще видела свои вещи?! – Брианна принялась вытаскивать по одной футболке и разбрасывать их на двуспальной кровати. – Они же все до единой черные! Ты состоишь в секте?

— Нет, я просто люблю черный. Это незаконно?

— Да, на территории коммун – так точно! – в ужасе выдохнула Брианна. – А-а, у тебя, наверное, парень есть?

— Нет. Это тоже какой-то необходимый атрибут на территории кампуса? – Я хохотнула, а Брианна закатила глаза.

— Сейчас ты шутишь, а когда познакомишься с жителями соседних братств…

— Нет, Брианна, мне просто не нужны отношения. Я приехала учиться и писать книги. Добиваться мечты. – Я натянуто улыбнулась в надежде, что Брианна все же оставит меня в покое.

— Думаю, университет изменит твои взгляды. – Она посмотрела на меня очень добрым и в то же время хитрым взглядом. – Располагайся. Извини за беспорядок; если что, я внизу.

С этими словами Брианна убежала, а я осталась одна. Я все еще надеялась, что мне больше не придется ни с кем контактировать, поэтому стре милась создать из комнаты своего рода убежище. Рядом с кроватью стоял туалетный столик с небольшим зеркалом, которое подсвечивали круглые лампочки, вставленные в раму. Заглянув в него, я поправила выбившиеся из идеально ровного каре черные пряди и поняла, что забыла все, о чем говорила Брианна, – кто и где живет и как кого зовут.

Длинный белый шкаф с зеркалами в пол возвышался у двери, в нем я аккуратно разложила и развесила вещи. Еще в моей комнате было гигантское окно с широким подоконником, на таком можно и сидеть, и лежать, что мне очень понравилось. Я тут же разместила на нем черно-белые подушки. Рядом с кроватью на полу лежал небольшой пушистый коврик, а вся комната была настолько светлая – вся в белых тонах, – что у меня покраснели и начали слезиться глаза. В Филадельфии в моей спальне не нашлось бы ни одного светлого пятна. Слишком уж непривычно было так резко менять тьму на свет.