Книга Авалон, страница 59 – Александр Руж

— Где вы остановились? – спросил Вадим. – Комнату снимаете или как?

— Хрен ли нам в халупах булки парить! – приосанился Макар. – Не по Хуану сомбреро. Бери выше!

— В номере пятнадцатом в «Астории» поселились, – сдал явку Пафнутий.

— Вот как! Получается, я и вправду тебя видел. Там, в холле… – Вадиму припомнилось, как он заходил в гости к Фурманову. – Это же отлично! Легче будет видеться.

На площадь Воровского вышли уже часов в восемь вечера. Вадим представлял, какой переполох устроили Эмили и Горбоклюв, обнаружив его отсутствие. Чай, бегают, ищут, с ног сбились. Ну и пускай. Он так истосковался по друзьям, что ожидаемые горькие пилюли, которые ему предстояло получить по возвращении, его не заботили.

— Сейчас шнапсу чекалдыкнем, и хоть трава не расти! – обещал Макар, и его посулы медовым бальзамом обволакивали изнуренное сердце.

В «Астории» Вадима не помнили – бывал он здесь всего раз. Чубатюк на стойке метнул из иллюминаторов Зевесовы молнии и окатил портье такой ядреной руганью, что мандат показывать не пришлось.

Завладев ключом, Макар пошагал по коридору, за ним в кильватере телепались Вадим и Пафнутий. До номера они не дошли. Наперерез, как будто из стены, вышла старушка – дряхлая, но на диво стройная, вылитая штакетина. Она опиралась на палочку и теребила в руке ридикюль с вышитым на нем орнаментом в духе соцавангарда.

Все так и приклеились к полу.

— Баррикада Аполлинарьевна? – произнес Вадим ошеломленно. – И вы?..

Наследная дворянка, госпожа Натали, а ныне товарищ Баррикада Верейская была заместительницей Барченко, его главной соратницей и сподвижницей. Она, как и все в группе, обладала даром – умела в пределах допустимой погрешности предсказывать будущее путем гадания на различном ведовском инвентаре. Врожденная степенность и застуженные в войну ноги сделали ее малоподвижной, она редко бывала где-нибудь, кроме своей квартиры на Пречистенке и рабочего кабинета. Поэтому Вадим никак не ожидал застать ее за шестьсот верст от Москвы.

Поликарпов и Чубатюк, судя по их вытянувшимся мордасам, тоже были, мягко говоря, ошарашены.

— Прислал Александр Васильевич вас? – предположил Пафнутий.

— Нет, – промяукала старушка. – Я по личной инициативе. Да вы не тревожьтесь, никто не узнает. Я в нашем графологическом отделе справочку выправила. Нахожусь в Ленинграде как делегат съезда мелиораторов по линии Наркомтруда-с.

— Баррикада Аполлинарьевна! – добродушно пробасил Макар. – Ёк-стебелек, вы, как всегда, в масть! Канаемте с нами, дербалызнем по маленькой…

— Некогда мне с вами бобы разводить, Макар Пантелеевич, – обрубила его Верейская. – Я вам не Совнарком-с. Вечерним литерным назад в Москву еду.

— Для чего же приезжали? – брякнул Вадим неучтиво.

Пожилая дама окинула его проницательным взглядом.

— Мне надо с вами тет-а-тет перетолковать. Найдется здесь какой-нибудь уголок потише и желательно без созерцателей?

— Можно в номере… Макар, дай ключ.

Чубатюк вложил ему в руку штырек с зазубренной бородкой и биркой, на которой значилось число 15. Пафнутий нерешительно спросил:

— А податься нам куда же?

Баррикаде Аполлинарьевне это было безразлично.

— Погуляйте где-нибудь с часок. В цех питания наведайтесь или еще куда… Идемте, Вадим Сергеевич, время дорого.

И она, постукивая палочкой, поковыляла по коридору с грацией престарелой царицы.