Книга Пламя в темноте, страница 140 – Таня Нордсвей

Я сразу отбросил всё ненужное и начал листать её. Но в ней не то, что не было ни единой записи. В ней даже названия не было. Некмет меня разрази!

Спустив с поводка свой элемент крови, я магией обследовал книгу и понял, что имею дело с артефактом Марриенсенов. Их род довольно умело мог скрывать свои тайны ото всех, кроме меня.

Взяв книгу, я направился прямиком к Бесу, караулящему меня у дверей спальни кадетов младшего звена. На ходу обрубая его бессмысленный вопрос, я приказал:

— Неси мне образец крови любого из Марриенсенов. Немедленно.

Последнее слово я буквально прорычал, что заставило Беса раствориться в коридоре и уже через пару минут явиться ко мне со склянкой с кровью.

Выхватив ту из рук Беса, я направился в подвалы Лармара. Туда, где в самом его сердце работал магический механизм, поддерживающий устои академии много лет.

Ввалившись туда, я уже больше мог не сдерживать рвущееся наружу пламя. Моё тело охватил огонь в тот момент, когда я швырнул книгу Ребекки на железный стол возле часового механизма. Откупорив склянку с кровью, я опрокинул её себе в рот и тут же скривился от острой боли, пронзившей меня после активизации элемента крови.

Марриенсены были хитры и сильны. Но я был сильнее.

Выпитая кровь с адской болью, но встраивалась в мою.

Когда же я наконец ощутил, что магия сработала, я подошёл к столу и раскрыл книгу, в которой тотчас проявился текст. Перед моими глазами всё плыло из-за вражеской крови в организме, но я знал, что медлить нельзя и эффект продлится недолго. Тщательно осматривая каждый лист, написанный неким Николаусом Марриенсеном, я искал то, что прочла Ребекка. Острый нюх фейри помогал мне в этом — я дольше задерживался на тех страницах, где был ярче её запах. Однако пока всё было бес толку: информация была новой для девушки, а не для меня.

Почти пролистав книгу до конца, я вдруг заметил неожиданный запах. Такой был у Рунфрид и я тут же вспомнил, как перед инициацией Ромуса они переглядывались. О чём говорила с Ребеккой Руна и что девушка сказала драконихе?

Внимательно вчитавшись в текст на странице, я увидел информацию о Кайле Марриенсене, дяде Ребекки. Выходит… Ребекка была с ним связана? Но как? И почему я этого не понял раньше?

Двигаясь дальше по тексту с яркой аурой обоих девушек, я оказался в финале книги, где увидел довольно странное стихотворение, расставившее всё на свои места:

«Хати и Сколь, Волк Луны и Волк Солнца,

Проглотят те их, и привычный нам день оборвётся.

Вот только чтоб началась та Великая Ночь,

Тьмою должно весь наш мир заволочь.

Если погубит один второго быстрей,

Чем часы вечности коснутся морей,

То Скоти и Халь погибнуть будут должны,

Тёмною силой своей сражены.

Но если же в ночь алтарь смогут пробудить они,

То порталы замкнут тогда изнутри.

Один вкусит сердце другого тогда,

И мир уничтожат они навсегда».

Ещё раз прочитав его, я до конца понял смысл. И мне уже было не важно, что само стихотворение явно было написано криво — оно было самым настоящим пророчеством.

Подняв голову на часовой механизм, я увидел, что стрелка почти коснулась области, где было изображено Грешное море. В этот момент в подземелье вошёл Алакай, с порога сообщив:

— Я знаю, где Ребекка.

Обернувшись на него, я ничего не ответил и ничего не спросил.