Книга Смоль и сапфиры. Пара для герцога, страница 102 – Таня Нордсвей

— Нет, моя маленькая тень, — шепчет Киран мне на ухо удивительно нежно. Так приятно, что я расслабляюсь в его сильных объятиях, позволяя взять себя на руки и вынести из воды. — Ты единственная, кто может вызвать мой смех и улыбку.

— Значит я что-то типа дворцового шута? — незлобно уточняю я и Киран второй раз за этот день закатывает глаза, улыбаясь. А я теряюсь в его улыбке, обхватывая руками его шею.

— Определённо нет, сердце моё. Ты слишком красива и мила.

Когда он оставляет лёгкий поцелуй на моём лбу, я готова растечься в его руках, сама став водой, из которой меня выносят на берег.

После этого вечера я точно запомню, что семейный вечер — а именно так охарактеризовал Киран наш ужин — обычно проходит в гробовом молчании. Я не преувеличу, если скажу, что поминки в деревне, где я росла, проходили живее. И уж точно не в таком тёмном зале, мрамор которого давит, винная скатерть оттеняет золотые бокалы, а присутствующие за столом молча ковыряются в своих тарелках.

Я отхлебываю из своего бокала вино.

Мы сидим здесь около двадцати минут, и за это время только я и Барбара хоть что-то съели. Мужчины просто болтают в бокалах жидкость, даже не пытаясь заговорить друг с другом.

Я сижу рядом с Кираном, Дарэй во главе стола, Барбара напротив него, а Рейнольд напротив Кирана. Стул рядом с Реем пустует.

Взгляд Рейнольда отсутствующий, Дарэя — задумчивый. И лишь глаза Барбары прожигают во мне дыру, пока я пытаюсь даже не смотреть в её сторону.

Дарэй то и дело рассматривает меня из-под опущенных ресниц, вызывая у Барбары негодование. Я же сижу прямо, и лишь спокойствие Кирана помогает мне выдерживать эту пытку.

— Дарэй, если ты будешь и дальше продолжать меня игнорировать после нашего разговора, то это будет недостойно Императора, — нарушает голос Кирана эту гнетущую тишину.

Дарэй усмехается, и мой взгляд тут же скользит к его резцам зубов. Они чуть заострены, но не так, как у монстров, о которых рассказывают в легендах. С тех пор, как я прочла отрывки из библиотечных книг, я начала всюду искать опровержение тех фактов, что Одарённые на самом деле являются вампирами.

— Ты ещё скажи, что друзья и побратимы друг на друга не имеют права злиться.

Их диалог эхом гуляет по обеденному залу, в котором мы сидим. Барбара слишком звонко кладёт столовые приборы на тарелку, заставляя меня вздрогнуть. Волчица стреляет на меня взглядом, наслаждаясь произведённым эффектом. Мужчины же, кажется, и вовсе нас не замечают.

— Вот именно, ведь мы — семья, — Киран отпивает напиток из своего бокала и аккуратно промокает салфеткой губы.

— Семью не предают, семью не унижают перед дамами, за семьёй следуют даже в тёмные времена.

Я не понимаю, о чём они говорят, а вот Рей впервые смотрит на Дарэя.

— Киран прав насчёт того, что ты задумал, Дарэй, — говорит Рейнольд Императору. — Это не те вещи, на которые можно решаться в одиночку.

— Значит, вы уже всё обсудили, — Дарэй складывает ладони домиком. — Какая хорошая работа! В особенности за моей спиной.

Обстановка накаляется, и я это чувствую каким-то шестым чувством. Волосы на затылке встают дыбом от того, как разговор постепенно набирает обороты.

— Сейчас не место и не время, Дарэй.

— Я ваш Император, чёрт-подери!!

Голос Дарэя срывается на крик, он хлопает рукой по столешнице с такой силой, что по ней идут трещины. Тарелки подскакивают, бокалы падают, Киран быстро перехватывает мою руку, машинально взлетевшую вверх, чтобы я не заехала себе в глаз ножом.