Книга Смоль и сапфиры. Пара для герцога, страница 124 – Таня Нордсвей

Она манит меня, даёт успокоение. И мне становится настолько хорошо, что мои веки закрываются, а сама я забываюсь в руках чудовища, погубившего всё, что было мне дорого.

И погубившего меня саму…

… Я открываю глаза, всё ещё находясь в эйфории после всплеска магической силы. Внутри меня эмоциональная пустота.

Я не чувствую ничего: ни эмоций, ни сил.

Вокруг меня будто бы образовался невидимый пузырь, гасящий все внешние звуки. А сама я становлюсь бездушной куклой, которая не живёт, а просто существует.

Киран сидит у моей постели, но мне всё равно на него.

Я не ощущаю ни злости на него, ни страха, ни отчаяния.

Просто смотрю вперёд, созерцая кружащиеся на свету пылинки, и молчу.

Застывшее время не хочет убыстряться, баюкая меня в своей безмятежности.

Я сижу на постели и рассматриваю свои руки.

На мягкие полумесяцы ногтей на пальцах и большой перстень с сапфиром…

… Герцог приходит и уходит, пытается что-то сказать и объяснить, но его слова не долетают до меня.

Я не хочу его слышать и не слышу речей Кирана, не акцентирую своё внимание на его попытках. Просто сижу.

Лили приходит и кормит меня, как маленькую, с ложечки. Я ем, но не чувствую вкуса еды.

Меня кутают в одеяло, но я не ощущаю холода.

На небе зажигаются звёзды, но я не чувствую сонливости.

Я не чувствую ничего.

Внутри меня ширится пустота.

День.

Два.

Три.

Я сижу, смотря куда-то вдаль, покорно ем то, что приносит мне Лили. Не пытаюсь выйти из состояния, обуявшего меня после той ночи и страшной правды.

Мой Дар окутывает меня, защищая от Кирана и не давая ему приблизиться ко мне. Защищая от монстра, которому я так легко вверила себя.

Я смотрю на него, наблюдаю за ним. Молчу.

Проходит четвертый, пятый день…

А я продолжаю молчать, смотря на мир остекленевшими глазами, не чувствуя тепла или холода, не ощущая вкуса жизни и живя в своей пустоте…

Киран

Прошло больше недели с тех пор, как Дар Лайлы в ту злосчастную ночь вырвался на свободу неукротимой ночной темнотой.

Она не разговаривает. Никуда не ходит. Просто сидит и смотрит перед собой пустым, потухшим взглядом.

Лили почти всегда с ней. Ухаживает за Лайлой, как за куклой. Поит и кормит, купает и говорит с ней, вот только Лайла никогда не отвечает ей.

Но Лили не сдаётся. Пускай она и не знает всех причин такой резкой смены самочувствия Лайлы (приходящий лекарь, осмотрев её, сказал, что она абсолютно здорова), но пытается ей помочь всеми силами.

Лишь я знаю истинные причины. Но никак не могу добиться от Лайлы отклика, никак не могу упросить её выслушать меня. Она будто в вакууме магии, в который не пробиться никаким способом. Лайла не слышит меня и не реагирует.

Она не зла на меня, не обижена, не расстроена. Лайла просто выключила эмоции, запершись внутри своего тела.

Я смотрю на разложенную в кабинете карту, но не вижу её. Перед моими глазами всё ещё стоит потухший, безжизненный взгляд Лайлы и её потускневшие волосы.

Упершись руками в столешницу, хочу её перевернуть от бушующих во мне эмоций, но не могу — за стеной Лили тихо что-то щебечет Лайле. Такой грохот испугает их.

Я сжимаю столешницу до хруста дерева. Мои клыки медленно удлиняются, что предвещает потерю контроля, и я резко отхожу от стола, сжав руки в кулаки.

Порывисто покидаю кабинет через раскрытое окно — высота не проблема. Проблема в ином.