Книга Я у мамы зельевар, страница 54 – Марина Комарова

— Да? Тогда, может, ты сам?

— Я не могу — у меня лапки.

Выругавшись, припомнив всю бялтову родословную до седьмого колена, я осторожно пристроила Жужу на краю крыши и, подобрав юбку, полезла на нагретую солнцем черепицу. Кстати, несмотря на нашу латрийскую погоду, она выглядит как новенькая. Вот что значит качество! Вообще, очень люблю крыши домиков Янтарного Союза за их яркость. Даже в самую пасмурную погоду они поднимают настроение.

Конечно, ползать на четвереньках — то ещё удовольствие, но кто меня там, на крыше, видит!

Добравшись до трубы, поняла, что все страхи были напрасны — никого тут нет.

— Ну и слава Златовласой, — выдохнула я.

Так, теперь надо спускаться. А крыша-то ого-го под каким наклоном. Коленно-локтевая поза, конечно, не лучшее, что можно придумать в такой ситуации, но зато надежно. Поэтому, покрутившись, я все аккуратно оперлась на колени и ладони. Так, сейчас поползу назад.

— О-о-о! — внезапно донеслось снизу. — Какой шикарный вид! Всегда знал, что панна Торба умеет встречать клиентов.

Я резко обернулась и едва не соскользнула — хорошо хоть ухватиться успела за черепицу.

Возле калитки, сложив руки на груди, стоял Линас Раудис. Рыжая прядь выбилась из хвоста, солнце вызолотило её, превращая в огненную паутинку. В серых глазах интерес наполовину с ехидством и весельем. Красивые губы искривлены в усмешке.

— Подите к бялтам, пан Радиус, — практически прошипела я, жалея, что нет когтей и не могу впиться в его физиономию. — Вас только не хвата… В смысле, зачем пожаловали?

— Шел мимо, думаю, дай зайду. Как вижу, зашел удачно, — охотно ответил он, недвусмысленно глядя на мою обтянутую юбкой задницу.

Ах ты! Что ты… Да я тебя! Зашёл он удачно!

Пытаясь определиться, как бы посмачнее его послать, да так, чтобы и не было мысли вернуться, я взмахнула рукой. Внезапно нога дрогнула, меня качнуло, и с диким визгом я полетела вниз.

Перед глазами мельтешило, мозг в панике кричал, что все мы умрем, а вся моя жизнь уже приготовилась промчаться перед внутренним взором на случай, если всё. Совсем всё.

Впрочем, подумать об этом у меня не получилось, потому что краткий полет завершился падение в чьи-то руки. Сильные такие руки. Одна уверенно поддерживает под коленями, вторая — обнимает за талию. И пахнет дубовой корой, свежестью леса и немного глиняной пылью.

Сердце почему-то перестало стучать. Но стоило только вздохнуть, как застучало, будто сумасшедшее. А во рту предательски пересохло. Щеки вспыхнули от жара. И тут, будто кипятком обожгло, я резко попыталась выкрутиться из его рук.

— Отпусти!

— Полезешь снова на крышу? — невинно поинтересовался Линас, в серых глазах было непонятное выражение.

— Отпусти, — повторила я, надеясь, что голос останется недрогнувшим.

Он закатил глаза и поставил меня на ноги. Даже отступил, осмотрел с ног до головы, словно искал, над чем бы поехидничать, но… не нашел. Или, как вариант, отыскал так много, что не знал, с чего начать.

Поэтому, не дожидаясь, пока что-то скажет, я одернула юбку, гордо задрала нос и направилась в лавку.

— Пан Раудис, вы по какому делу? — спросила невозмутимо, даже не оборачиваясь. За что себя тут же похвалила — во, какая выдержка! Но в то же время постаралась очень быстро уйти с линии полета какого-то тяжелого предмета в мою спину.