Книга Я у мамы зельевар, страница 65 – Марина Комарова

— С чего такая щедрость? — подозрительно поинтересовался Илмар.

— Ты меня спас, это благодарность! — гордо заявила я.

— Это моя работа, — пожал он плечами.

Э-э-э, в смысле, работа? Что это вообще за реакция? Я расстаралась, а он делает вид, что каждый день спасает ведьм! Хотя… может быть, и спасает, откуда знать?

Но оскорбиться все равно захотелось. Так гордо насупиться и задрать нос. Но, оценив услышанное, решила оскорбленность отодвинуть на потом.

— Что ты имеешь в виду под работой, Илмар? Ты же говорил, что артефактор.

Он попробовал настойку, одобрительно кивнул, потом перевел взгляд на меня. Ой, а глаза-то какие… вроде бы и карие, но в то же время сейчас можно рассмотреть, что в них есть янтарные капельки. Такие, будто солнечные лучи застыли. Красиво.

Златовласая. О чем я вообще думаю и, кажется, не дышу?

— Я — артефактор, Ядвига. Боевой артефактор.

* * *

Боевой…

Вечер давно закончился, ночь прошла, наступило утро, а я всё думала про Илмара. Потому что даже не предполагала, не предполагала такого. Собственно, почему? Да потому, что обычно артефактор — профессия мирная. Потому что банально у тебя не получится сделать качественную вещь, если будешь мотаться по полю, стараясь спастись от врага.

Но в то же время бывает, что человек рождается одновременно с двумя дарами. Достаточно редко, но бывает. Как-то так вступают в реакцию дары родителей — и готово.

Чтобы быть боевым артефактором, ты должен быть одновременно артефактором и боевым магом — иначе никак. То есть сила у Илмара ого-го. Что означает, что лишний раз злить его не стоит.

Я задумалась, глядя в окно. А я собиралась злить? Ну… изначально да. Сейчас нужно действовать иначе. Своим зельеварением, конечно, можно вывести соперника из строя, но только, если это сделать тогда, когда он не ждет подвоха.

— Ядвига, о чем задумалась? — спросил Муррис, умываясь. — Обычно после такой задумчивости добра не жди.

Я фыркнула. Тоже мне нашелся тут мастер душевных тонкостей.

— О своем, о девичьем, — сообщила я, прикинув, что надевать, чтбы было по погоде.

Небо подло затянуло тучами, и дождь вот-вот сорвется на землю. Не то, чтобы холодно, но неприятно. Поэтому надо натянуть на себя такое, чтобы не промокнуть. А, если и польет, то чтобы не так жалко было. То есть, ничего светлого и воздушного.

— Может, никуда не пойдем в дождь? — предложил Муррис, глянув в окно.

Как истинный кот, он терпеть не мог, когда влажно, сыро и лапки мокнут. Но я только качнула головой.

— Раньше сядем — раньше выйдем, — озвучила ему аргумент, почему надо идти к нотариусу именно сейчас. — Лучше не тянуть, иначе Дудоля лихо нас обскачет.

— Ты хочешь сказать обпрыгает? При его комплекции скакать можно только как мячик, который уронили, а он и рад.

— Какой ты невежливый!

Хотя… я, конечно, согласна. На скакуна Дудоля никак не тянет.

Проинспектировав шкаф, я вытащила темно-серое платье, широкий пояс и плащ-дождевик. Буду изображать из себя тучку.

Быстренько заплела косу, закрутила на затылке, оделась, сунула ноги в ботинки, подхватила сумку, где находились документы на лавку. Бросила взгляд на Жужу, но тут же отмела эту мысль.

Вы когда-нибудь летали на метле в дождь? Нет? Вот и не надо, послушайте тетю Ядвигу, не надо заниматься тем, от чего потом будут болеть голова и течь сопли. Удовольствие ещё то!