Книга Я у мамы зельевар, страница 68 – Марина Комарова

— Ладно, буду представлять себя грибом, — пробормотала под нос. — Нужно везде находить плюсы и никогда не жаловаться на жизнь. Иначе обязательно нарисуется какой-то бялт и покажет, что всё на самом деле было не так плохо.

Поэтому, накинув на себя капюшон дождевика, я бодро зашагала по улице. Конечно же, соблазнилась и купила вяленой рыбы, маринованных куриных крылышек и вкуснейший соус, который делают из местных трав и заморского перца «Жильцофф». Черный, длинный такой, посмотришь — и сразу вспоминаешь о пальцах пособников Черного рыцаря. Но вкусный, зараза!

В итоге домой я возвращалась нагруженная всякими вкусностями и ожиданием, что сейчас вся банда питомцев начнет стучать ложками. Кто раньше скажи мне, что придется кого-то кормить кроме Мурриса, то рассмеялась же. А сейчас чувствую себя мамочкой. Натуральной мамочкой, между прочим. Хорошо хоть в школу никого не надо водить из этих обормотов, иначе меня бы точно не хватило.

Приблизившись к лавке, я поняла, что… что-то не так. Нахмурилась, подошла к двери.

И невольно отшатнулась, не веря своим глазам.

Так, подождите.

Такого тут точно не было, когда я уходила. Да и вообще… Нет, ерунда какая-то!

Перед взором предстали три глубоких борозды длиной с локоть. Создавалось ощущение, что какой-то гигантский зверь подошел и попробовал дверь на прочность. В то, что это все результат от соприкосновения с когтями, почему не возникало даже сомнения.

Богатое воображение тут же услужливо подкинуло картину, где волк, ростом с мою лавку, пытается вынести дверь внутрь. Рычит, царапает, глаза вспыхивают как угли…

Я мотнула головой.

Так, что за ерунда? Если волк как лавка, то он в двери просто застрянет. И тогда надо будет или вызывать спасательную бригаду магов, или строителей, или… ждать, пока волк похудеет. Как в одной сказке про медвежонка, который очень любил покушать и в итоге застрял в кроличьей норе.

— Спокойно, Ядвига, надо держать себя в руках, — пробормотала я.

Неподалёку внезапно показался Муррис. Из его рта торчал хвост какой-то живности. Завидев меня, кот тут же элегантно задом вернулся в кусты. Прекрасно знает, что я хоть и не трепетная дева, но предпочитаю, чтобы он не раскидывал свою добычу где попало. Птичек и мышек жалко. Да и этот обормот не голоден, а утоляет свой охотничий инстинкт.

Я уперла руки в боки.

— Муррис, иди сюда.

— Шичаш, — донеслось из-за ветвей, и через несколько минут он бодро выпрыгнул на дорожку, стараясь не слишком рьяно отплевываться от перьев.

Так, ясно, птичка.

— Что здесь происходило, пока меня не было? — грозно спросила я.

— Ничего, — ответил он, глядя на меня большими искренними глазами.

— Я тебя, паразита, оставила за главного. Это значит, что за домом присматривать надо.

— Я и присматривал!

И снова смотрит так невинно и честно, что и не подкопаешься. Так, ясно-понятно, он действительно выполнял свой хранительский долго, пока не увидел добычу. А там побежал, так побежал. А лавка? Какая лавка?

— Это что? — Я ткнула на борозды от когтей.

Муррис шустро подбежал к двери, обнюхал, потом громко чихнул.

— Псиной воняет, — сделал вердикт он. — Большой, отвратительной псиной с гадкими намерениями.

Я хмыкнула и открыла дверь.

— Как про гадкие намерения понял?