Книга Зови меня перед смертью, страница 29 – Марина Комарова

Свобода была в нескольких шагах.

— Прыгай! — заорал Шедонг, голос утонул в гуле.

Я не успел подумать. Инстинкт заставил оттолкнуться и рвануть вперед.

Ветер хлестал в лицо, а звук захлопнувшейся позади пасти окатил ужасом. Я зажмурился. В эту секунду молился всем Творцам судьбы, которых только мог вспомнить, чтобы удалось нормально приземлиться.

Как я вообще вляпался в эту дрянь?

Мысль была мгновенной, почти шальной, но тут же исчезла, уступив место панике и инстинкту выживания. Сейчас важно было одно: не собирать на земле кости.

Что-то твердое ударило в грудь, выбивая дыхание. Перед глазами потемнело. Ладони скользнули по шершавой поверхности. Сердце грохотало в ушах, мир вокруг плыл, не желая останавливаться.

Шедонг рухнул где-то рядом. Тяжело дышит. Но дышит.

— Жив? — хрипло спросил он через какое-то время.

— Скорее да, чем нет, — пробормотал я, стараясь не уплыть в сладкую темноту.

Нет. Собраться!

Каменисто-песчаная поверхность — не лучшее ложе, но над нами небо, поэтому чувствуешь себя в разы лучше. Еще бы картину не портил полукаменный зверь — было бы идеально. Беснуется, сволочь. Но явно не может отделиться от храма. И это нам на руку.

Мысль показалась забавной и идиотской одновременно. Вставай, Янжан, пока еще что хуже в голову не пришло.

Я медленно поднялся и осмотрелся. Внутри все непроизвольно сжалось. Мой отряд. Фениксы оставались. Дамэнь и Кейсанг — где они? Пошли же вместе. Успели ли выбраться?

Но вокруг не было ни следа того, что мы видели при приближении к храму.

Я сделал несколько шагов, пытаясь понять, где нахожусь. Да, однозначно заброшенный город. Но совсем не тот, что был ранее.

Высокие здания с заостренными крышами и резными орнаментами казались бесконечно старыми. Их стены покрывал темный налет, словно сам воздух разъедал их сотни лет. Двери зияли пустотой, а окна напоминали черные провалы глазниц.

Улицы были вымощены камнями, неровными и потрескавшимися, местами заросшими странной коричневой травой. Воздух — густой и тяжелый, напоенным запахом гнили и сырости. Город опутан смертью, как паутиной чжичжу — гигантского демона, который плетет шелковые сети, что пьют кровь из попавшихся жертв.

— Где мы? — спросил я, хотя ответа не ждал. — Город изменился.

Шедонг стоял рядом, всматриваясь в здания. Его лицо оставалось спокойным, но я видел настороженность в карих глазах.

— Город-призрак, — наконец ответил он, оглядываясь. — Может быть, отражение того, что было когда-то. А может, нечто большее. В разное время город, скорее всего, выглядел по-разному. Поэтому мы видим его таким. Я заходил с другой стороны. Там вообще была разруха.

— Здесь бы мой отряд.

Шедонгу ответить было нечего.

Зато циланьский зверь завыл.

Я обернулся. Огромная голова дергалась, пасть раскрывалась в ярости, но лапа скребла по каменной стене. Жилы натягивались и рвались, но этого было недостаточно, чтобы освободиться.

Взгляд метался, полный ненависти, и на мгновение остановился на мне. По спине пронеслась волна ледяного ужаса.

— Он не вырвется, — сказал Шедонг, словно читая мои мысли. — Фуцзишоу держит его слишком крепко. Он, видите ли, не любит что-то отпускать.

Хочется верить, но вид циланьской твари как-то не вдохновляет. Жуткая мощь.

— Как нам это уничтожить? — спросил я, прищурившись.