Книга Зови меня перед смертью, страница 32 – Марина Комарова

Вообще-то это даже не уровень середняка! Я доказал свою ценность, но это прозвучало так, будто мне оказали милость, позволив дышать рядом.

Гнев вспыхнул жаркой волной, но тут же утонул в холодной реальности. Сейчас не время для разборок. Храм уже полностью затянут черной паутиной.

Шедонг поднял руку, направляя ее на храм. Я хотел спросить, что он делает, но слова застряли в горле. Черные нити змеями метнулись к его руке, обвивая до самого локтя. Тьма буквально хлестала с его руки, будто он сумел подчинить саму ночь. Это было не просто жутко — это выглядело… неправильно. Противоестественно.

— Шедонг, что ты… — начал я.

И подавился словами, когда он повернулся ко мне. Ладонь второй руки впечаталась мне в грудь. Боль пронзила с ног до головы. Черные нити с шипением метнулись с его руки и впились под ребра.

С губ сорвался крик от ужасного жара. Нити проходили сквозь кожу, опутывали кости, сливались с кровеносными сосудами.

А потом наружу хлынула моя сила. Нити засверкали жидким сапфиром, схлопнулись, уничтожая демона Тжу, фуцзишоу, циланьского зверя и…

Меня.

Конечности казались ватными, тело ныло от боли, а разум будто плыл в мутной воде. Я не сразу понял, что снова дышу. Издалека доносились невнятные шепотки, обрывки слов, чужие голоса. Тихо, непонятно — ничего не разобрать.

Я медленно разлепил глаза. Веки казались свинцовыми. Никогда бы не подумал, что может быть так сложно их поднять.

Надо мной раскинулась бесконечная тьма, глубокая и густая, как тушь, которой любил писать мой отец. В ней мерцали звёзды: яркие и горящие каким-то сумасшедшим холодом. Они казались ближе, чем обычно, почти до осязаемости.

С трудом пошевелив рукой, я понял, что лежу на чем-то относительно твердом. Относительно — не на камне точно, и это что-то не пытается меня убить. Потом дошло, что это песок. Тело не слушалось, каждое движение отзывалось туповатой болью.

Рядом что-то потрескивало. Прямо как костёр. Я повернул голову, мышцы протестовали, но надо двигаться.

Яркое пламя плясало, отбрасывая длинные тени. Меня окутал запах дыма и палёной древесины. Где-то в глубине сознания вспыхнула тревога. Что произошло после того, как я ударил по демону?

В голове было пусто, как после дня рождения Кейсенга, который тогда притащил вино из лавки на окраине столицы.

— Мы только попробовать, — заверил он, невинно глядя на меня.

Напробовались на столько кувшинов, что потом пришлось их прятать по всему Залу Крыльев, потому что именно в этот момент прибыла императорская проверка. На тот момент это казалось самой гениальной идеей.

Я попытался сесть, упираясь руками в землю. Голова закружилась, перед глазами поплыли звёзды с неба, смешиваясь с огнём костра. Стиснул зубы и выпрямился, глубоко вдохнув холодный воздух.

— Дзай… — хрипло выдохнул я.

Тишина. Только треск огня и шорох далёкого ветра. Но шёпотки больше не звучали. Они исчезли, будто никогда и не было.

Я обвёл взглядом место вокруг — мрак, чужие звёзды и этот костёр. И чувство, что я снова оказался не там, где должен быть.

Удалось разглядеть: где-то вдали темнели острые скалы, очертания которых напоминали зубцы гигантской пасти. Ветер шуршал по земле, поднимая песчаную пыль, словно вздохи умерших, растворённых в этом мёртвом просторе.