Книга Зови меня перед смертью, страница 84 – Марина Комарова

Над главными воротами уже несколько дней развевались тяжелые полотнища красного шелка, расшитые золотой нитью. Феникс, символ клана Тан, сиял на них с особой торжественностью, а вокруг располагались парные каллиграфические надписи с благопожеланиями, написанные рукой монаха из горного храма.

Двор был вычищен до блеска. На дорожках не осталось ни единого сорного листика, все вычищалось и подметалось с раннего утра, поливалось водой с настоями из пахучих трав. По периметру внутреннего двора расставили высокие резные фонари с красным лаком, украшенные кистями из шелка. Ночью их огни должны были создавать таинственную и теплую атмосферу, а днем они сверкали в лучах солнца, словно драгоценные камни.

В павильонах меняли занавеси: старые убирали, на их место вешали новые, цвета душистой корицы и цвета айвы. На низких столах появились подносы с засахаренными фруктами, орехами и сладостями, которые символизировали богатство и долголетие.

Особое внимание уделили саду у пруда с золотыми карпами. Там, где мы обычно любили отдыхать, раскинули красно-золотой балдахин, под которым установили резные скамьи и ширмы с изображениями фениксов и пионов, что обвивали символы брачного счастья и благополучия. По воде вечером пустят искусственные лотосы с маленькими свечами в сердцевинах.

Кухня не затихала ни на минуту. Пригласили лучших поваров из трех соседних провинций. На огромных столах кухонных залов выстраивались блюда: жареные утки в медово-пряном соусе, тушёные ребрышки с карамелизированными каштанами, рыбные лепешки, символизирующие удачу, и целые горы прозрачных рисовых пирожков с лотосовой начинкой. Варили пряный суп из морского гребешка и сушеных лилий, готовили острые соусы из ферментированных бобов, а для сладкого стола — целые скульптуры из драконьих фруктов и сахара. Отдельно на кухне дымились огромные глиняные горшки с благовонными настоями и целебным чаем для пожилых гостей.

Гости начали прибывать задолго до дня свадьбы. Передние дворы усадьбы заполнились богатыми повозками и паланкинами, у коновязей стояли породистые лошади в серебряной упряжи. Прибыли старшие представители клана Ху и клана Чжоу — с ними были их наследники, молодые мужчины и женщины, сверкающие украшениями и соревнующиеся в изысканных манерах.

За ними подоспели столичные представители городского управления с их семьями, вежливо склоняя головы и оставляя дорогие дары: свитки, украшения, сундуки с редкими тканями. Даже посланники Императорского двора прислали послание с золотой печатью и парчовый ковер в дар мне и Ланьси.

Тем не менее, суета подчинялась незримому порядку. Управляющий Ли буквально ночей не спал, лично проверяя каждую деталь. Шаокин уже с раннего утра занималась проверкой украшений в женской половине дома, не забывая придираться к оттенкам лент и расположению узоров, что несли благо.

Я даже и подумать не мог, что из неё выйдет такая внимательная хозяйка. Что ж… повезет однажды кому-то, кому она отдаст своё сердце.

Вечером, когда двор заливали мягкие огни фонарей, в воздухе витал аромат жасмина и сандала. Слуги раскладывали на столах керамические сосуды с рисовым вином, а музыканты пробовали струнные инструменты и бамбуковые флейты для завтрашнего торжества.

В каждом углу нашего поместья старались показать величие и благородство клана, но при этом нет-нет да — чувствовалось напряжение. Все ждали. Ждали главного события. Ждали, когда дом встретит новую хозяйку и, возможно, нового будущего главу клана.