Книга Мертвые берут наличными, страница 62 – Дана Арнаутова, Марина Комарова

Енчжу медленно поднялся и прошелся по комнате, заложив руки за спину.

— То есть… кто-то… сдал детей этой твари?

— Или принес в жертву что-то, чтобы получить взамен. Например, порядок. Или деньги. Или защиту.

— Директор? — выдохнул Джувон.

— Я не уверен. Но кто-то в этом доме знает или… знал. Возможно, из старого состава. Преположительно… кто-то, кто уже давно ходит в этих стенах, — Геджин затянулся мандариновой кожурой, как курильщик трубкой. — Этот договор… он не мистический. Он энергетический. Мокхвагви не пишут кровью на пергаменте. Они просто берут и соглашаются. Потом делают. А мы имеем последствия.

На кухне наступила тишина.

— Мы не сможем это уничтожить, — медленно сказал Енчжу. — Только запереть.

— Но для этого надо вытащить всех детей или обезопасить их. И… выбрать точку привязки. Там, где она кормится чаще всего.

— Комната изоляции или вентиляция. — Джувон едва слышно прошептал. — Или… сны рядом с кем-то.

— Ты понял, — кивнул Геджин, а затем мягко, почти с сочувствием добавил: — Это будет больно. Она не сдастся без последнего визга.

Енчжу перевел взгляд на Джувона. Тот был мертвенно бледен. Но глаза — ясные.

— Тогда мы сделаем это. Но я должен точно знать, кто кормит эту тварь. Потому что если кто-то продал ребенка, я… не смогу молчать.

Геджин взглянул на него со смесью уважения и печали.

— Тогда готовься. Потому что продавец… может оказаться тем, кто улыбается чаще всего.

* * *

Енчжу задумчиво смотрел на сползавшие по окну капли. Улица за стеклом выглядела серой и расплывчатой, как старое фото, на котором уже ничего не разобрать. Где-то на кухне звякали чашки, там Джувон мыл посуду, а Геджин шептал что-то в соседней комнате, готовясь к очередному ритуалу. Все трое молчали уже с полчаса. После того, что было обговорено, продолжать не хотелось.

— Скажи, — вдруг нарушил тишину Енчжу, когда Джувон вошел, — ты ведь слышал, что Пак Ынхо умер?

Джувон замер, но потом сказал:

— Взорвался в машине, да? Я думал, это несчастный случай. Или… месть?

Енчжу кивнул, не оборачиваясь:

— Так говорят. Я тоже так думал. Но в последнее время начал сомневаться. Уж слишком много совпадений. Машина взрывается через два месяца после того, как он начинает консультировать по частным детским учреждениям. В том числе по поводу некой «профилактики ночных страхов».

Джувон присвистнул:

— Ты думаешь, он знал про мокхвагви?

— Вдруг он… — Енчжу провел пальцем по стеклу, как будто чертил линии на несуществующей карте. — Мог он быть посредником? Или даже одним из тех, кто заключал подобные договоры? Или же стал на пути у кого-то? Например, шантажировал видеозаписями Пэ Тэквона?

— Тогда его убрали, потому что он слишком много знал? Или, наоборот, знал не то, что надо.

— Не знаю, — глухо произнес Енчжу. — Но с его смертью что-то оборвалось. А теперь снова всплывает. Или… никогда и не уходило. Просто мы только сейчас начали копать.

Они не успели обсудить это глубже, потому что в комнату вернулся Геджин. Он был не просто мрачен — его лицо казалось серым, как у старой куклы из фарфора. В руках он держал сверток, перевязанный нитью, на которой висела маленькая фигурка из ткани и пепла. Что-то в ней было тревожное. Даже Джувон невольно сделал шаг назад, хотя, казалось бы, из-за чего?