Книга Мертвые берут наличными, страница 64 – Дана Арнаутова, Марина Комарова

Геджин кивнул:

— Да, если мы его запрем, остальные куски затихнут.

Он посмотрел на них с выражением, которого они прежде не видели: неуверенность.

— Но кто бы это ни был… он не остановится. Потому что в стенах этого «Дома Солнца» живет голод.

Енчжу и Джувон переглянулись, но внезапно пламя свечей задрожало, в комнате потемнело. Геджин вскинул руку.

— Не двигайтесь! Он не все сказал!

По комнате разлилось нечеловеческое шипение, от которого у Джувона пробежали мурашки по спине. Судя по лицу Енчжу, тот тоже был не в восторге.

— Кегван, твою мать… — вдруг процедил Геджин сквозь зубы, когда теперь почти видимый дух, юркая затуманенная тень, похожая на ребенка с кукольными руками, прошептал имя.

Имя, которое не должно было звучать в этом доме.

Джувон сжал кулаки, и в глазах у него появилось почти физическое напряжение, словно он сдерживал порыв пойти и выбить дверь, за которой стоял человек с этим именем.

— Кто это? — нахмурился Енчжу, откидываясь на спинку дивана. — Почему вы оба сразу посуровели?

Геджин некоторое время молчал. Он убрал из круга соль, поклонился духу, который все еще дрожал в углу комнаты, и только потом выпрямился.

— Нам Кегван. Раньше чиновник в департаменте по делам детей и семьи при министерстве здравоохранения. По бумагам — консультант. На деле… — Он мотнул головой. — Я знал, что эта гнида где-то всплывет. Он всегда всплывает, когда дело касается душевных уродов.

Джувон ничего не говорил, только смотрел в окно, сжав губы.

— Он работал в министерстве? — уточнил Енчжу, не упуская парня из виду.

— Десять лет назад, — сказал Джувон. — Потом его «плавно перевели» в частный сектор. И не просто куда-то… он стал наставником при духовных школах. Вел занятия, писал брошюры, говорил о «внутреннем очищении через трансцендентное молчание». Потом подался в гадатели, только вот разбирается в гадании не лучше тыквы-горлянки.

— Сволочь, — тихо выдохнул Енчжу, заметив, как по лицу Джувона пробежала тень. — Он ведь мог быть наставником при… «Доме Солнца»?

Геджин кивнул и достал из старой папки на столе тонкую пожелтевшую страницу. Временами казалось, что у него есть все. Вопрос только, в каком состоянии.

— Архив из фонда «Чистая душа». Финансирование программ по стабилизации поведения у «эмоционально нестабильных несовершеннолетних». Вот его подпись. Вот название детского дома. А вот и упоминание об экспериментальных практиках изоляции.

— Не он ли придумал термин «комната индивидуального очищения»? — отстраненно спросил Джувон, глядя мимо бумаги, будто пытался увидеть Кегвана сквозь стены. — Не удивлюсь, что организовать эту комнату его идея.

— Думаешь, он вызвал мокхвагви? — уточнил Енчжу.

— Не факт, — осторожно ответил Геджин. — Но он точно создал условия, при которых проникла сущность. Та комната — не просто помещение. Это, скажем, канал. Точка, где ребенка лишают языка, воли, чувства времени. Там даже часы не тикают. А духи любят пустоты. Особенно такие.

Енчжу сглотнул. На виске у него выступила испарина.

— Он все еще работает?

— Как гадатель? — хмыкнул Джувон. — Да.

Геджин перевел взгляд на Джувона. Ничего не сказал. А ведь должен был… ведь именно Нам Кегван направил парня сюда. Тогда еще Геджин упомянул «крокодила». Слишком ласково для учителя, но весьма подходяще.