Онлайн книга «Мертвые берут наличными»
|
— Ждет. — Геджин не отрывал взгляда. — Смотрит. Зеркала начали слегка вибрировать. Отражение ендона чуть исказилось, будто стало водой. Один из языков пламени вдруг пошел вспять, но не вверх, а вниз, к полу. Потом послышался шорох. Словно что-то ползло. Будто что-то волочило… То ли цепи, то ли когти, которые не втягиваются. И тогда пол в углу начал темнеть. Не от тени, а от появления дыры. Как будто линолеум не выдержал и провалился, открывая что-то… под ним. Сначала прошла трещина, потом образовалась воронка. Внутри нее царил полумрак, в котором двигалось… нечто. Рука. Не детская и не взрослая. Нечеловеческая. Пальцы, как паучьи лапы, вцепились в край пола. Вторая рука показалась следом. И из щели начала выползать фигура. Тело было изломано, словно нарисовано рукой ребенка, который не умеет рисовать. Оно напоминало куклу, слепленную из перетянутых нитями тряпок. Без лица, без глаз, без рта. Только пустота, в которой что-то двигалось. — Не смотри в глаза, — резко сказал Геджин. — Даже если их нет. Это самое сложное. Ендон не двигался. Свет вокруг него дрожал, но не исчезал. Наоборот он стал слепящим, почти серебряным. — Я помню, — шелестящим голосом произнес он. — Я слышал, как ты звал. И слышал, как ты проглатывал голоса тех, кто шел к тебе. Но теперь… я здесь. И я свет, который против твоей тьмы. Существо пошатнулось. Не от страха, а… от интереса? Его движения стали рваными. Оно подняло «голову», в которой угадывались черты… нет, не человеческие. Но узнаваемые. Отдаленно похожие на того мальчика с фотографии. Лицо, изуродованное и забытое. Оно шагнуло внутрь круга. И тут же зашипела соль. Линии затрещали, но не распались. Свет, исходящий от ендона, начал ослабевать. — Мокхвагви его вытягивает! — закричал Джувон. — Оно жрет его силу! — Жри, скотина, — прохрипел Геджин, бросая в центр зеркала кусочек ткани с вышивкой. — Только не подавись. Фигура медленно разогнулась. Существо пыталось встать на ноги… Какие-то кукольные и перекрученные. В его теле не было костей, но оно двигалось, как будто каждое движение причиняло ему боль. Но все равно оно… шло. Круг держался. Ендон сиял. Джувон держал зеркало с пеплом, руки дрожали, но стекло было стабильно. — В следующую секунду… — прошептал он. — Оно атакует. Потому что тьма всегда атакует, когда ты ей мешаешь. Джувон дрожал от напряжения. А вот страха, ни странно, не было. Просто стало не до него. Зеркало в его руках как будто потяжелело, в нем пульсировало что-то, что не имело ни веса, ни формы, но ощущалось, будто он держит сосуд с бурей. Парень стоял на краю круга, за границей света ендона. Свечи потрескивали. Тень внутри круга уже выпрямилась. Мокхвагви словно дразнил, медленно двигаясь, как артист на сцене. Он приближался к самому центру, то есть к ендону, и тогда Джувон сделал шаг вперед, глядя прямо в то место, где должно было быть лицо. — Слушай, — сказал он. — Слушай, как звучали их мысли. Он поднял левую руку, в ней мелькнул кусок старой бумаги. Детская тетрадка, обожженная по краям. Краска на ней уже почти выцвела, но слова остались. Тихо, но уверенно Джувон начал читать: — Там в подушке зубы, я слышу, как они дышат. Я плакал, но никто не пришел. Только она… у нее не лицо, а вода. Он сказал: если скажешь, ты тоже исчезнешь. И я молчал. Я всегда молчу… |