Книга Терра. Часть 1, страница 93 – Маргарита Боулес

Я отринул того, кем был изначально, кем меня создал Эль-Элион, чтобы стать сильнее ради мира и Равновесия, а с этим перестал радоваться, умиляться прекрасному, ощущать полноту своего существования. Я злился на Велиала, когда он пытался растормошить меня своими шутками-прибаутками, своими колкостями и язвительностью, может, досадовал его способности не унывать, его беспечности и желанию к жизни? Его свободе действия? Выбрав собственноручно оковы, сам и сковал их для себя, сам повесил и сам погряз в бесцветном холодном отчуждении, изоляции, а может, так и суждено было случиться? И неотвратимо? Первая война подкосила меня, потери вывели из равновесия, предательство – добило, а собственноручные казни братьев и сестер мало-помалу вытесняли остатки тепла и счастья, превращая меня в требовательного хладнокровного командира, кем я никогда не хотел становиться и кем вынужден был стать. Любовь к Создателю со временем превратилась в покорность и принятие. Эль-Элион отдалялся от своих детей дальше и дальше, как и мы, став теми, кем он нас создал – лишь воинами, не его «детьми». Однажды Скай спросила, люблю ли я своих братьев, а я ответил, что родился с этой любовью, а не приобрел и сказал ей правду, ведь не ведал иной любви, а как возлюбить кого-то, не познав и не прочувствовав прежде? Душа изначально любила все творения Отца и его самого. Его первее. Сейчас с ужасом и тревогой осознал, что позабыл ЕГО любовь и свою к НЕМУ. Была ли его любовь такой же сильной, как к людям? Или мы лишь хотели в это верить, не видя и не в силах прочувствовать разницу, но я все же хочу верить, что ОН любил нас – по-своему, своеобразно, сурово, но любил. Наверное, мы не могли постичь степень его любви, и Творец действительно устал искать в нас то, что не мог найти, а Адам дал ему это чувство. Чувство равенства. В нас Создатель видел же воинов, коих и создал, безэмоциональных и исполнительных, верных, поклоняющихся ЕГО величию, боготворящих ЕГО.

Долг выше любви? Или любовь выше долга?

Если бы мне задали этот вопрос до встречи с женой, то я бы с уверенность выбрал первое, а теперь мне по душе – второе, ведь именно Скай меня воскресила: заставила вновь хохотать, смела всю пыль с моей души, прогнала вместе с пауками из моего замка и растопила глыбину, коей я стал и открыла много нового, неизведанного ранее. Мой невероятно стойкий человек. Выходит, что даже одна живая душа способна исцелять, внести немало изменений в жизни других, как спасти, так и погубить. Один человек доказал мне, что это возможно, и приоткрыл завесу таинства любви, сакрального чувства, из коего сплетено и на чьих нитях зиждется само Мироздание. Теперь же, познав эту любовь, ощутив на себе ее красоту и могущество, глубину ощущений, их яркость, терпкость и сладость, я с грустью и стыдом осознал, что действительно не додал ее сыну, не смог отыскать ее тогда в себе, хоть и предпринимал тщетные попытки, а Ихиль в ней нуждался. Я не справился, провалил испытание. Только сейчас понял – я плохо старался. С годами все труднее привязывался: чем дольше жил, тем неохотнее подпускал внутрь других. Даже его. Мне хватало Маршала и Вилли, язвительного Велиала, уймы братьев. И я выбрал привычную для себя роль, не зная ничего иного. Но сыну нужен был не командир. А отец. Я не знал, как им быть. Скай же своей хрупкостью и смертностью раскрыла во мне желание заботы, я стал беспокоиться, тревожиться, сначала из страха и долга, а затем полюбив. И вновь я вернулся к тому, что готов благодарить Творца за эту женщину, за уроки судьбы и за свое существование, о котором я часом стал жалеть, перестал дорожить…