Книга Не проси, страница 7 – К. Блэквуд

Ян выбросил догоревший фильтр, подошел ближе, присел на корточки и протянул руку:

— Дай часы.

— Ян, ну улика же, не положено...

— Давай быстрее. Раньше начнем — раньше закончим. Не морочь голову.

Криминалист нехотя передал герметичный пакетик с часами. Ян повертел их в руках. Дорогая, известная модель, которую рекламируют на каждом втором баннере в интернете. Нажал кнопку — часы ожили. Батарейка еще держалась. Повезло. Покопавшись в меню, Ян нашел то, что искал. В журнале учета активности значилось: Антон Ярцев — 31 декабря, пройдено 1,3 км. Осталось выяснить, сколько ещё человек — или того, что от них осталось — упаковано в этот пакет.

В этот момент у Яна в кармане завибрировал телефон. Кто звонил - догадаться было не сложно.

— Ало, Ян, ну что там, давай только побыстрее и без особых деталей, сразу к сути. Появились какие-то новые подробности, мысли, зацепки?

— И вам снова здрасьте шеф...одну жертву уже установили. Антон Ярцев. Судя по информации из электронных спортивных часов, просто бежал по парку тридцать первого, а потом как-то лишился большей части себя.

— Супер. Именно этим я и мечтал заниматься в праздники. Ладно, подождём. Криминалисты установят точное количество жертв, причину смерти... — тут Ян не удержался и хмыкнул.

— Ян! Я понимаю, что там за пакет, но нужно выяснить, как именно это было сделано и кем. И быстро. Не мне тебя учить.

— Знаю, шеф, извини. Дерьмовое утро выдалось. Похожу ещё, осмотрюсь. С родственниками позже свяжусь.

— Хорошо. На связи. И, Ян — за всю мою службу такого не было. Разберись.

Гудки.

Ян вернул часы криминалисту, привалился спиной к ледяной кирпичной стене, закрыл глаза и снова закурил. Последующие дни обещали быть долгими...

Часть 3. И крысы не найдут выхода

Снег к обеду повалил гуще. Ян сидел в машине у обочины, не заводя двигатель, и смотрел, как ледяные хлопья оседают на лобовом стекле, превращаясь в мутные кляксы. Внутри было холодно, но выходить не хотелось вовсе. Он достал из бардачка небольшую папку, которую успел собрать ещё в отделе — пара распечаток с камер, на которых ничего не было видно, адрес проживания, телефон работодателя.

Антон Ярцев, тридцать два года, разведён, жил один в съёмной однушке на Братиславской. Терапевт в частной клинике. Бегал по вечерам в одном и том же парке, по одному и тому же маршруту — судя по приложению на часах, последние полгода без единого пропуска.

Ян провёл пальцем по фотографии из соцсетей. Лицо было живое, чуть усталое, с тем выражением, которое обычно бывает у людей, привыкших улыбаться пациентам через силу, протокольная вежливость. Он попытался представить себе это лицо на том, что лежало сейчас в чёрном пакете, и не смог. И слава богу.

Из кармана пальто достал блокнот — старый, потрёпанный, с резинкой, потому что компьютеру и телефону Ян не доверял с тех самых пор, как одно дело развалилось из-за исчезнувшего из базы файла. Дело было странное: школьный подвал, свидетели, которые утром уже ничего не помнили, и следы, которых исчезли со всех фотографий. Ян тогда списал всё на невнимательность и ошибки следствия. Почти списал.

Записал коротко, своим неразборчивым почерком: маршрут — один и тот же. Был ли знаком с убийцей? Маловероятно. Убийца готовился? Ждал? Да, скорее всего. Подчеркнул дважды.