Книга Арсен Люпен против Херлока Шолмса, страница 83 – Морис Леблан

— Как получилось, что я до сих пор ее не видел?

— Ее не было два дня.

— А теперь?

— Она, как только приехала, пожелала быть сиделкой у вашего больного. У нее есть для этого все качества: мягкая, предупредительная. Господин Вильсон от нее в восторге.

— Ага! – протянул Шолмс, и не подумавший до сих пор справиться о здоровье товарища.

И, поразмыслив, спросил:

— В воскресенье утром она куда-нибудь ходила?

— Да.

— Ведь это было на следующий день после кражи.

Барон позвал жену и задал ей тот же вопрос. Та ответила:

— Мадемуазель, как обычно, ходила с детьми к одиннадцатичасовой службе.

— А раньше?

— Раньше? Нет… Или, может быть… Ах, я так была взволнована из-за этой кражи… Теперь припоминаю, что накануне она просила разрешения отлучиться утром в воскресенье, чтобы увидеться с кузиной. Та, кажется, проездом была в Париже. Но, я думаю, вы не станете ее подозревать?

— Конечно нет… Однако хотел бы с ней увидеться.

Он поднялся в комнату Вильсона. Над постелью больного, подавая ему напиться, склонилась женщина, одетая, как все сиделки, в длинное серое полотняное платье. Когда она выпрямилась, Шолмс узнал девушку, заговорившую с ним на Северном вокзале.

Объяснения не последовало. Алиса Демен, нисколько не смутившись, кротко улыбнулась, глядя на него своими очаровательными серьезными глазами. Англичанин хотел было заговорить, но произнес нечто нечленораздельное и умолк. Тогда она снова стала заниматься своими делами, спокойно расхаживая под удивленным взглядом Шолмса, переставляла на тумбочке флаконы, размотала и смотала бинты и снова поглядела на него со своей светлой улыбкой.

Англичанин повернулся на каблуках, вышел и, заметив во дворе автомобиль господина д’Имблеваля, сел в него и приказал отвезти себя в Леваллуа, к стоянке фиакров, адрес которой значился на бланке, подобранном Анриеттой. Кучер Дюпре, работавший в воскресенье утром на фиакре № 8279, еще не вернулся, и, отослав автомобиль, Шолмс остался ждать до конца смены.

Кучер поведал, что и в самом деле «взял» какую-то даму неподалеку от парка Монсо, молодую девушку в черном, под густой вуалью. Она казалась очень взволнованной.

— А был у нее в руках какой-нибудь пакет?

— Да, длинный такой сверток.

— Куда вы ее повезли?

— На авеню Терн, что на углу площади Сен-Фердинан. Там она ушла минут на десять, а потом мы снова поехали к парку Монсо.

— Вы смогли бы узнать дом на авеню Терн?

— А как же! Отвезти вас туда?

— Чуть погодя. Сначала отвезите меня на набережную Орфевр, к дому тридцать шесть.

В полицейской префектуре ему повезло: он сразу встретился с главным инспектором Ганимаром.

— Господин Ганимар, вы сейчас свободны?

— Если опять речь пойдет о Люпене, то нет.

— Речь идет о Люпене.

— В таком случае не сдвинусь с места.

— Как? Вы отказываетесь…

— Я отказываюсь от невозможного! Устал от неравной борьбы, в которой мы можем быть уверены, что проиграем. Я трус, поступаю неразумно, думайте как хотите… наплевать! Люпен сильнее нас. Следовательно, нужно смириться с этим.

— Я никогда не смирюсь.

— Он сам вас заставит, как и многих других.

— Пусть так, но ведь это зрелище может доставить вам столько удовольствия!

— Что верно, то верно, – хитро улыбнулся Ганимар. – Ладно, раз уж вы так хотите получить на орехи, едем.