Книга Любовник, страница 88 – Ольга Рузанова

— Да, мам?

— Что с голосом? Ты спишь?

— Нет… вернее, да, спала…

— Что у вас там? Что он сказал? Он рад?

— Все нормально, мам, - выдавливаю из себя очередную ложь, - я потом к тебе приеду, все расскажу.

— Ну, хорошо, - успокаивается она, - пока.

Отбившись, снова зависаю на неопределенное время. Безуспешно пытаюсь сгрести себя в кучу и заставить мозг генерировать разумные мысли.

Сложно. У меня такое чувство, что внутри не осталось ничего целого, раскидало ошметками, которые теперь и не собрать. В черепной коробке ноющее месиво, там, где раньше билось сердце – сквозная черная дыра.

И только в животе, в том месте, где растет мой малыш – тлеет маленький огонек. Уронив руку, прижимаюсь к тому месту ладонью. От него словно тепло идет.

Тихо сама себе улыбаюсь.

Не все потеряно, Вика. Не все. Это не конец, потому что самое главное никому у тебя не отнять.

Сразу становится чуточку легче. Вынимаю из бардачка влажные салфетки, вытираю лицо, руки, а потом решаю позвонить Рите.

— Привет, Воробьева, - бодро отчеканивает она, - как жизнь?

— Рит, можно я к тебе приеду? Ты же дома?..

— Дома. Конечно. А что случилось? – настораживается Марго.

— Рита, я с ночевой. Примешь?

— Господи-боже-мой! Не вопрос, подруга! Дуй ко мне пулей!

— Спасибо, родная, - растрогавшись, шепчу в трубку.

— Вика, не пугай меня, умоляю…

— Я скоро буду, - говорю перед тем, как отключиться.

Поехать к ней мне кажется самым лучшим вариантом. Костя попросил меня уехать и пока не перезванивал, к разговору с мамой я сама пока не готова, в моей квартире ремонт, ну а Егор… у Егора там уже занято.

— Твою мать, Воробьева! – восклицает Рита, когда я вваливаюсь в ее крохотную прихожую, - ты как тень!

— Устала… капец…

Поглядывая на меня с неподдельной тревогой, она забирает из моих рук пакет из магазина, мою сумку и выдает мне тапки. С расспросами пока не лезет. Терпеливо ждет, пока я схожу в туалет, умоюсь и приду к ней на кухню.

На столе нехитрый ужин. Две тарелки куриного супа, от запаха которого во рту тут же скапливается слюна, консервированные овощи, хлеб, сыр и два бокала.

— Я не пью.

— Не принимается, - заявляет подруга категорично, - тебе сам доктор прописал. Терапевт Маргарита Пална.

— Маргарита Пална, - выдаю с глухим смешком, - беременным алкоголь противопоказан. Кому, как не вам, это знать?

— Бля-а-а-а-дь… - округляет и без того большие глаза, - я тебя поздравляю!!! Поздравляю же?..

— Да, поздравляй, я счастлива.

— А так и не скажешь, - проговаривает осторожно, указывая мне глазами на стул.

Я сажусь и сразу набрасываюсь на суп. С утра ничего не ела, а мне теперь так нельзя.

— Кто счастливый папаша?

Тяжело проглотив кусочек курицы, смотрю в ее глаза.

— Ты не знаешь, да? – охает она, - матерь Божья!

— Я знаю, Рита. Егор. Я не изменяла ему с Костей.

Фу, блин, даже звучит смешно. Не изменяла любовнику с мужем, но тем не менее, это правда.

— И что теперь? Аборт?

— Нет, конечно! Я рожу его и буду воспитывать одна.

Рита наливает себе вина и залпом осушает бокал. Закусывает сыром и снова на меня смотрит.

— Почему одна? У тебя целых два мужика.

— Я все рассказала Косте, мы разведемся.

— Пи*дец… а Зверь? Куда он подевался?

— Слился! – вырывается со смешком, большим похожим на истеричный всхлип.

— Да ну… не верю… Он бросил тебя беременную?!