Книга Любовник, страница 90 – Ольга Рузанова

Перезваниваю ему сразу.

— Привет, - здоровается сухо, - ты где ночевала? У этого своего…

— У Риты.

— У подружки? А почему не у любовника?

Я растерянно молчу, потому что не придумала еще, как рассказать Косте, что никакого любовника у меня больше нет.

— Хотя… меня это мало волнует, - вдруг добавляет он, - ты когда за вещами приедешь?

— За вещами?..

Конечно, я понимала, что из квартиры он меня попросит, но слышать, когда тебя прямым текстом просят вывезти вещи как можно скорее, все равно крайне неприятно.

— Сегодня во второй половине дня часть заберу. Остальное после того, как закончится ремонт в квартире. Ты не против?

— И долго еще ремонт будет? – спрашивает нетерпеливо, будто мои вещи ему там мешают.

— Примерно неделю. Подождешь?

— Хорошо.

— Костя, ключи от машины я в прихожей оставлю. Вместе с документами.

— Ладно, - бросает раздраженно и отбивается.

Он очень зол на меня и очень обижен, но, тем не менее, идет на контакт. Я, правда, это ценю. Другой на его месте даже разговаривать бы не стал, поменял в квартире замки, а все мои личные вещи вынес на свалку.

Помню, в позапрошлом году Рита рассталась с парнем после года отношений. Так он не только все подарки назад забрал, но и выставил ей счет, вписав туда и походы в кино и рестораны, и даже шампунь и прокладки, которые ей покупал.

Она, конечно, тоже не растерялась. Выкатила прайс и счет на свои услуги. На том и расстались.

Позавтракав и приняв душ, собираюсь съездить к маме в поликлинику. Надо как-то готовить ее к плохим новостям, а заодно, сходить на узи к Ларисе Андреевне. Хочу убедиться, что хотя бы с беременностью у меня полный порядок.

— Мам, привет, - заглядываю в кабинет.

Официально она еще на больничном, поэтому пациентов у нее сегодня нет, но стол все равно завален какими-то бумагами.

— Заходи, - зовет она.

С легким недоумением осматривает меня с ног до головы, но замечание оставляет при себе. Еще бы, она, наверное, со старших классов школы не видела меня в джинсах и толстовке. Придется привыкать заново.

— Давай, на кресло, сейчас посмотримся.

— Как ты себя чувствуешь? Давление не беспокоит? – спрашиваю, стягивая по ногам джинсы.

Интересуюсь, потому что очень боюсь спровоцировать новый приступ своими новостями.

— Как у космонавта, - отбивает она, - а вот твой вид меня беспокоит.

— Со мной все в порядке, - изображаю беспечную улыбку.

— Да?.. – цепкий внимательный взгляд и возвращается к столу с инструментами, - как муж отреагировал?

— Костя?..

— У тебя есть другой?

По телу проходит волнительная дрожь, в животе, в области пупка, неприятно сводит мышечные волокна. От шеи по плечам прокатывается мороз.

— Мы разводимся, мам.

Мама на мгновение замирает, а потом также невозмутимо продолжает натягивать на руки резиновые перчатки.

— Почему, интересно?

Ее реакция, мягко говоря, вводит в замешательство. Неужели не верит?

Пока я собираюсь с духом, чтобы вывалить на нее всю правду, она продолжает:

— Значит, мне не показалось? Тогда, на юбилее?

Удивляюсь ее проницательности. На празднике я вела себя максимально приветливо и непринужденно. Как она заметила, если даже мой собственный муж был уверен, что все в порядке?

— Да, у нас давно уже проблемы…

— Какие проблемы? Я вообще-то о другом… просто не знала, как у тебя спросить…