Книга Не дразни меня, страница 98 – Ольга Рузанова

Мне необходимо знать, зачем они сделали это.

Выйдя за территорию кладбища, мы рассаживаемся по машинам. Мама с теткой в одну, я и Владимир Петрович - в другую. Забившись в угол у двери, я прикрываю глаза.

— Холодно? - спрашивает начбез, - Могу печку прибавить.

— Нормально, - отзываюсь я и спрашиваю: - От Лени есть новости?

Его короткий острый взгляд пронзает догадкой. Он все знает?

Невольно вздрогнув, я выпрямляю спину. Наша машина разворачивается и выезжает с парковки.

— Он у Лютых, - отвечает негромко.

Я теряюсь, не зная, как реагировать, но удивление изображать не решаюсь.

— Знала, да? - догадывается он.

— Да. Накануне папиной смерти я видела, как он разговаривал с людьми Литовских.

— Он их человек, - поясняет так спокойно, что у меня волосы дыбом встают.

— Вы знали?! С самого начала?!

— Нет. Узнал, когда он исчез.

— И что думаете по этому поводу? Он предавал вас и моего отца столько времени!

Владимир Петрович отвечает не сразу. Будто не слыша вопроса, молча ведет машину. Оборачивается ко мне, когда наша машина останавливается перед светофором.

— Я не могу его судить, ясно?... Он выбрал того, за кем правда.

— Правда?... Вы считаете, они имели право убивать Марата и отца?!

Мужчина раздраженно морщится, и я вдруг ясно вижу его мысли. В груди начинается невыносимое жжение.

— Твой брат был наркоманом...

— Я знаю.

— Понятия не имею, кто вложил в его голову, что он сможет нагнуть Литовских, но именно Марат развязал войну.

— Папа? Он всегда их ненавидел.

— Возможно. Твой отец был слишком самонадеян, Яра, - вздыхает Владимир Петрович, - Он считал себя исключительным.

— Марат покушался на Яна?

— Да. Тот чудом выжил.

Его Лена спасла. Я помню ту историю.

— А что вы думаете по поводу этой аварии? - спрашиваю, затаив дыхание.

Он молчит некоторое время, словно размышляя, нужна мне правда или нет. Я подаюсь вперед и хватаюсь руками за подголовник переднего пассажирского кресла. Сердце в груди стучит дробно и часто.

— Экспертиза показала, что тормозная система была исправна, - проговаривает он на одной ноте.

— Мама уверена, что они купили экспертизу. Что думаете именно вы?

Прочистив горло, через зеркало заднего вида он бросает взгляд на следующую за нами вторую нашу машину.

— Литовские не имеют к этому никакого отношения.

Мир вокруг меня начинает раскачиваться. Я закрываю глаза и вжимаюсь лбом в подголовник.

— Твоя мать скрыла настоящие результаты вскрытия.

— Что там? - спрашиваю шепотом.

— Обширный инфаркт.

— Боже!...

Ярослава

— Обширный инфаркт?! - кричу, врываясь в мамину комнату.

Обернувшись, она мгновенно вспыхивает. Несется мимо меня к двери и, предварительно выглянув наружу, плотно ее прикрывает.

— Ты чего орешь, как ненормальная?!

— У папы был обширный инфаркт! Вскрытие показало!

— Откуда знаешь? Литовские роют?...

— У тебя всегда и во всем Литовские виноваты?... - с каждым словом осознание проникает в меня все глубже. Масштабы свершившейся катастрофы шокируют, в ушах начинает шуметь, - В том, что отец пил и сам довел себя до инфаркта, тоже Лютые замешаны?!

— Да! Кто же ещё?!

— Мама! Ты понимаешь, что творишь?! - шепчу надтреснутым голосом, - Ты хотя бы представляешь последствия?!

— Они. Его. Убили.

— Нет!!! - взвизгиваю я, - Нет!!! Не выдавай свои фантазии за реальность! Они не причастны к его смерти! Не причастны!...