Книга Не отдавай меня, страница 61 – Ольга Рузанова

— Она его любит... - проговариваю тише, впервые озвучивая собственные мысли, - и, конечно, сильно ревнует. Я понимаю и принимаю мотивы ее поступка...

— Ничерта ты не понимаешь, дурочка. - поднимает выразительно брови. - Дальше своего носа пробовала когда-нибудь смотреть? Посмотри, там много интересного.

Запустив руку под волосы сзади, сжимаю пальцами шею.

— Правда?.. И что же интересного я там увижу?..

— Ну... не знаю... вас, принцесс, не понять...

— Это кто принцесса?! - восклицаю со смехом. - Я?! Серьезно?!

— Серьезно. Ей и апартаменты, и еду отдельно готовят, и шмоток целый ворох и... вон... доктора персонального приставили, а она все носом воротит, да кручиниться изволит.

— Да?!.. - выдыхаю шокированно. - Да?! А меня спросил кто-нибудь?! Надо мне это все или нет?..

— И чего же тебе надо?

— Я домой хочу! Понимаешь?! Домой! - выталкиваю через спазмированное горло. - У меня дом есть! Работа!.. У меня там щенок остался! Маленький!.. Шерхан! Кто о нем позаботится?!

— Успокойся.

— Может, он от голода там пропал или бездомные собаки задрали!

— Тише... - склонив голову, пытается поймать мой взгляд. - Тихо, успокойся... Тебе нельзя нервничать.

— Я не нервничаю, Даша!.. Я пытаюсь объяснить, что чувствую, но меня никто не слышит!

— Я слышу... - разводит она руками. - Но что толку?.. Ты это не мне объясняй, а... ему...

Ему. Да, конечно. Поговорить по душам, и он тут же отправит меня домой.

Растерев лицо ладонями, пытаюсь прогнать подступающие слезы. Глубоко вздыхаю и киваю.

— Да, я понимаю... Ты вообще не виновата...

— Моя задача, обеспечить тебе комфорт. - составляет чашки на подносе и вытирает с тумбы крошки. - Все остальное можешь спрашивать у него самого.

— А тебя?.. Тебя наказали?

— Какая тебе разница? - интересуется без улыбки.

— Наказали, да?.. Как? Ударили?

— Здесь не бьют женщин. - кладет салфетку на поднос и берет его в руки.

— А что делают? - спрашиваю, мгновенно похолодев. - Тебя что... насиловали?..

— Чего?! Ты в своем уме? Меня?..

— Что тогда?

— Самое страшное наказание от Лютого - это смотреть в его глаза, когда он тобой не доволен. - проговаривает Дарья, оглянувшись на дверь. - Уж лучше бы изнасиловали.

Она выходит, а после нее тут же с капельницей появляется Иван Борисович. Вешает пластиковую емкость на штатив и, перетянув руку выше локтя, аккуратно вводит иглу.

— Как самочувствие?

— Уже лучше, спасибо.

Сует подмышку градусник и берется за фонендоскоп.

— Вы не знаете, Ян сегодня приедет?

— Не знаю... - пожимает плечами. - Никто не знает.

Это правда. Он всегда появляется и исчезает неожиданно, однако все предыдущие ночи он провел здесь, рядом со мной. Даже во сне и бреду я чувствовала его присутствие - запах, взгляд, ауру.

Скорее всего сейчас, когда мне стало значительно лучше, он перестанет появляться здесь так часто и, возможно даже, мне разрешат вернуться в мою комнату на втором этаже.

После капельницы, укола и осмотра я самостоятельно принимаю душ и, вернувшись в постель под действием успокоительных тут же засыпаю.

Снится разное - фрагменты с времен, когда я работала бухгалтером. Потом Никиту вижу, он плачет и просит прощения за обман, выглядит жалким и жутко некрасивым. В следующем кадре я в своем доме - иду по тропинке к реке, а она все не приближается. Я ускоряю шаг, перехожу на бег, но расстояние между мной и берегом только увеличивается.