Книга Единственная для офицера, страница 58 – Ева Енисеева

— Лиса, ты так смотришь, будто передумала ехать, — вкрадчиво, с хрипотцой произнес он, делая ленивый шаг в мою сторону. — Если передумала — только скажи. Снег я уже почистил, теперь абсолютно свободен.

Я резко развернулась к столешнице. , едва не выронив крышку от термоса. Пальцы не слушались, щеки горели так, что можно было яичницу жарить.

— Н-не говори глупостей. Одевайся давай, простудишься, — пробормотала я, отчаянно пытаясь вернуть голосу строгость, но он предательски сорвался на писк.

Захар тихо, бархатно рассмеялся за моей спиной. Этот смех завибрировал где-то у меня внутри. Он подошел вплотную — я спиной почувствовала исходящий от него жар. Его грудь почти касалась моих лопаток. Огромная ладонь легла на стол рядом с моей рукой, а вторая осторожно потянулась к термосу.

— Спасибо за чай, — шепнул он мне прямо в ушко, обжигая кожу чистым сексом.

Я пулей вылетела из кухни, едва не споткнувшись на пороге, под его довольный, тихий смех.

— Ключи возьми, не стой на улице!

Сердце колотилось как сумасшедшее. Влетев в прихожую, я судорожно натянула пуховик, замоталась шарфом по самые глаза, просто чтобы спрятать пылающие щеки, и выскочила на крыльцо.

Корсаков — это лавина.

Лавина, которой меня накрыло.

Через пару минут на улицу вышел Захар.

В куртке, застегнутой до подбородка, собранный и непроницаемый, как скала. Если бы я только что не видела эти литые кубики пресса и шрамы на смуглой коже, я бы подумала, что мне всё привиделось.

— Поехали? — весело спросил он.

Глава 31. Алиса

Когда мы подъезжали к гостинице, я уже до красноты закусала свои губы от волнения.

Захар уверенно крутил руль, но, кажется, тоже нервничал.

Когда машина затормозила у залитого огнями входа в отель, я повернулась к мужу.

— Захар, ты поезжай, ладно? Я Даню заберу и мы домой поедем. а уже завтра утром спокойно обо всём поговорим.

— Ты права, Лисичка. Всё постепенно, — вздохнул он. — Ладно. Иди. Набери меня, как доедете до дома.

Прежде чем я успела хотя бы пискнуть, его огромная ладонь скользнула мне за затылок, пальцы намертво вплелись в волосы, лишая малейшей возможности отстраниться.

— Заха... — выдохнула я, но имя потонуло в его губах.

Это было какое-то первобытное, жесть какое страстное безумие, от которого у меня в ту же секунду вышибло из легких весь воздух. Захар поцеловал меня так, будто пытался выпить до капли, забрать себе всю мою душу.

Мой язык соприкоснулся с его — горячим, влажным, настойчивым, и земля окончательно ушла у меня из-под ног. В голове взорвались тысячи стоваттных лампочек.

Это был чистый, концентрированный секс — внутри всё плавилось, скручивалось в тугой, пульсирующий узел, а колени начинали дрожать, даже несмотря на то, что я сидела.

Когда он наконец отпустил меня, я судорожно, со свистом втянула ртом воздух, едва не утыкаясь лбом в его плечо. Покусанные и теперь зацелованные губы горели, дыхание сбилось к чертям, а перед глазами плыли цветные круги.

— Для сладких снов, дорогая моя.

В салоне мгновенно стало невыносимо жарко. Я вспыхнула сверху донизу.

Да, это я точно не забуду!

Захар тяжело дышал мне в макушку. Его пальцы все еще крепко удерживали меня за затылок, а большой палец медленно очерчивал круг на коже.

— Ладно, — глухо выдохнул Захар. Глаза у него были абсолютно шальные, темные от подступившего возбуждения. — Иди. Забирай пацана.