Книга Симфония по контракту, страница 21 – Сия Белая

Из кухонного крыла бесшумно вышел Михаил. Кира невольно залилась краской, но пожилой эконом, как всегда, проявил чудеса профессионального такта. Он вежливо кивнул, словно не замечая беспорядка.

— Доброе утро, Кира Андреевна. Господин Гордов у себя в кабинете, работает с документами. Малышка Лика еще спит в своей детской.

— Михаил... — Кира замялась, прижимая к груди испорченное платье. — Вчера ночью... Лика ничего не слышала? Нам было... мы были слишком неосторожны.

Эконом мягко, понимающе улыбнулся:

— Не переживайте, Кира Андреевна. Адриан Николаевич перед вашим отъездом на форум лично отдал мне строгие распоряжения. Детская комната расположена в восточном крыле, там установлена профессиональная звукоизоляция, как в студиях звукозаписи — господин Гордов одержим безопасностью. К тому же, когда Лика ложилась, я включил ей аудиосказку и специальный детский генератор белого шума, который она очень любит. Девочка спала как ангелочек и ничего не слышала. Я контролировал ситуацию.

Кира шумно выдохнула, чувствуя, как с души падает огромный камень:

— Спасибо вам, Михаил. Вы золото.

— Я просто люблю эту семью, Кира Андреевна. И очень рад, что в этом доме наконец-то появилось тепло, — тихо ответил эконом и удалился на кухню.

Прошел еще месяц.

Этот месяц стал самым счастливым и одновременно самым напряженным в жизни Киры. Их отношения с Адрианом изменились кардинально. На публике они по-прежнему разыгрывали идеальный, красивый роман — папарацци регулярно ловили их на благотворительных аукционах, выставках и прогулках в парке, где Адриан нежно держал Киру за руку. Но теперь и дома, за закрытыми дверями особняка, между ними больше не было ледяной стены.

Их ночи превратились в сладкую, порочную одержимость. Адриан приходил в ее спальню посреди ночи — голодный, властный, соскучившийся по ее телу за долгий рабочий день. Он брал ее медленно и глубоко, заставляя Киру содрогаться от пронзительного наслаждения, а иногда их страсть вспыхивала прямо в кабинете на кожаном кресле или в ванной, окутанной густым паром. Они сгорали друг в друге, но Адриан по-прежнему редко говорил о своих чувствах словами. Он доказывал свою привязанность действиями: бабушка Киры шла на поправку в лучшем реабилитационном центре, окруженная заботой, а сама Кира больше не думала о долгах.

Но главным центром их маленькой вселенной стала Лика.

Девочка окончательно оттаяла. Она больше не плакала по ночам и не шугалась громких звуков. Кира проводила с ней всё свое свободное время. Они вместе рисовали пальчиковыми красками на огромных листах ватмана, гуляли по цветущему саду и учили забавные детские стихи. Кира часто садилась на ковер в гостиной и играла для малышки веселые, легкие мелодии на скрипке, а Лика забавно танцевала, хлопая в ладоши. Адриан, возвращаясь домой, всё чаще заставал эту картину. Он молча стоял в дверях, и его жесткое лицо смягчалось, а в серых глазах разливалась глубокая, осознанная нежность. Он понимал, что Кира дает этому ребенку то, что не может купить ни один миллиард мира — материнское тепло.

В один из воскресных вечеров они втроем сидели на ковре в гостиной. Адриан помогал Лике строить огромную парковку для игрушечных машин, а Кира читала им вслух сказку о забавном медвежонке.