Книга Отвергнутая жена. Ведьмина аптека на Драконьей улице, страница 131 – Виолетта Вейл

Я записала симптомы, номер партии и место. Отдала лист стражнику у входа в госпиталь и потребовала передать главному лекарю.

Он хотел спросить о полномочиях, но увидел печать Северина на городском распоряжении и принял документ.

До Драконьей улицы мы добрались после полудня.

Возле старой бани стояли три лечебные кареты.

Люди заполнили двор, часть улицы и проход к аптеке. В окнах соседних домов появились белые полотнища: знак, что внутри есть больной, которого невозможно вывести самостоятельно.

Тея встретила нас на ступенях.

На ее переднике были темные пятна от лекарств. Волосы выбились из косы и прилипли к лицу.

— Наконец.

— Сколько?

— Тридцать один новый пациент за два часа. Семеро тяжелых. У троих нарушения сердечного огня. У двух детей срывы формы. Господин Сейн в первом зале, Эдита в аптеке.

— Аптека опечатана.

— Уже нет.

— Что?

— Ивара приехала с чрезвычайным распоряжением Гильдии. После прекращения поставок все проверенные независимые аптеки обязаны работать как пункты выдачи заменяющих составов. Она сняла печати двадцать минут назад.

Я посмотрела через дорогу.

Дверь «Полыни и пламени» была открыта.

Белая лента лежала на ступенях. Возле входа стояли двое инспекторов Гильдии и городские стражники. Через окна было видно движение людей.

Аптека снова работала.

Не после экзамена.

Не после полного восстановления лицензии.

Из-за того, что город уже не мог ждать.

— Что с образцами? — спросила я.

— Все на месте. Ивара проверила шкафы при Леоне.

— Лаборатория?

— Доступна для чрезвычайной работы. Внутренние препараты только под подписью Сейна или Эдиты.

— Хорошо. Северина в малую комнату лечебного пункта. Селин тоже.

Тея посмотрела на экипажи.

— Они оба пациенты?

— Оба под наблюдением. Селин может помогать с документами, если не будет слабости. Северин не поднимает тяжести и не использует огонь.

— Он согласен?

— Спросите после того, как ляжет.

Мы вошли в баню.

Шум ударил сразу.

Кто-то стонал.

Дети плакали.

Служащий городской палаты пытался распределять места, но люди не слышали его за голосами родственников.

В первом зале лежали тяжелые пациенты. Пар запотел на окнах. В воздухе смешались запахи пота, соли, крови и лекарственных трав.

Сейн стоял возле дракона, у которого чешуя покрыла половину лица. Эдита удерживала диагностический контур над грудью пациента.

— Мирелла! — крикнул Сейн. — Нужна проверка состава из военного госпиталя.

— Где образец?

— На столе. Но сначала посмотри Финна.

Я сразу нашла его койку.

Марта сидела рядом и держала внука за руку. Финн лежал неподвижно, слишком тихий для себя.

Лицо покрыл серый налет.

Не только губы и пальцы. Пепельный оттенок лежал на веках, висках, шее. Дыхание оставалось ровным, но неглубоким.

— Когда ухудшилось? — спросила я.

— После полудня, — ответила Тея. — Сначала снова поднялась температура. Потом он сказал, что не чувствует ноги.

Я откинула одеяло.

Финн не отреагировал.

— Финн, слышишь меня?

Он открыл глаза.

— Да.

— Пошевели пальцами ног.

— Не могу.

— Не чувствуешь или нет силы?

— Не чувствую.

Я проверила колени, ступни, магические линии.

Серый пепел больше не собирался возле груди.

Он распространился вниз по телу и перекрыл несколько каналов сразу.

— Он ничего не принимал? — спросила я.

Марта покачала головой.