Книга Я и есть Мориарти, страница 4 – Лидия Антонова

Моя предусмотрительность оказалась не лишней. Тело слушалось меня с большим трудом, мышцы ныли и плохо подчинялись. Едва я успела сесть, как в коридоре послышались быстрые, решительные шаги и знакомое шуршание тяжёлой ткани. Не раздумывая ни секунды, я нырнула обратно под одеяло и прикрыла глаза, стараясь дышать ровно.

В следующий миг дверь распахнулась, и в комнату вошла та самая женщина. Вот только теперь, после странного сна, я знала, что её зовут Гвинет Хауард. И она моя тётя. По крайней мере, тётя Офелии.

Выражение её лица, напоминавшее человека, унюхавшего нечто неприятное, мне не понравилось. А маленькая стеклянная бутылочка в её руках и того меньше.

— Я думала продержать тебя здесь под замком до возвращения главы семьи, но твой поступок вызвал больший резонанс, чем я предполагала. Элион желает тебя допросить. Он явился лично и хочет подняться в твою спальню. Но в таком виде… — она окинула меня уничижительным взглядом, — …тебя показывать ему нельзя.

Она прикрыла глаза рукой, словно спасаясь от ужасного зрелища.

— Я даже представить боюсь, какая буря поднимется после этого разговора. Элион… он очень дотошный. — Убрав руку, она бросила на меня многозначительный, испытующий взгляд, явно ожидая какой-то реакции.

Мозг, привыкший к допросам и оперативной работе, мгновенно проанализировал ситуацию. Ложь должна быть максимально близка к правде, а лучшая защита — незнание.

— Я… я ничего не помню, — быстро и с наигранной слабостью проговорила я. — Что случилось? Кто я?

После недолгого размышления это показалось единственно верной стратегией. Судя по всему, мне придётся пару дней побыть Офелией, чтобы выиграть время. А как сыграть человека, о котором не знаешь ровным счётом ничего? Только притвориться пострадавшей от амнезии.

— Ничего не помнишь? — её лицо вдруг просветлело. — О, это… это очень хорошо. Все начнут жалеть меня. Ещё бы, столько времени и сил потрачено на твоё воспитание, а в итоге…

Она даже как-то подобрела и посмотрела на меня почти благосклонно. Я решила быть образцовой племянницей и послушно кивнула. Лучше помалкивать. Судя по её психологическому профилю, который я уже составила, она была классическим нарциссом. Такие любят быть «центром вселенной», чтобы все восхищались, жалели (но восхищённо!) и признавали их жертвы. Всё должно быть идеально: семья, репутация, фасад. А я, Офелия, — это позорное пятно на этом безупречном фасаде.

Спорить мне не хотелось, сейчас я пыталась понять, что происходит.

Женщина одним движением поставила меня в центре комнаты и вытащила из шкафа платье. Пока я разглядывала наряд, вышедший, кажется, из шестнадцатого века, ко мне применили пыточное сооружение, под названием корсет. Это было вовсе не тот предмет туалета, что я иногда носила: красивое, кружевное, с намёком. Этот сдавил рёбра, выбил весь воздух из лёгких.

От неожиданности я даже попыталась потерять сознание. Но моя мучительница была опытной и вернула меня в тело с помощью баночки источающий мерзкий запах.

Будучи криминалистом в чём только не приходилось копаться, но определить составляющие «аромата» не получилось.

Попытка потерять сознание уже от смрада, так же провалилась, на меня надели платье. Теперь я боялась пошевелиться. Ткань выглядела очень дорогой, дизайн тоже. Вдруг мне выставят счёт, а мне ещё машину ремонтировать! Хотя надо быть реалисткой: утопленники не подлежат восстановлению. Так что придётся покупать новую. Здравствуй ещё один кредит лет на пять-семь.