Книга Сосланная жена дракона. Родильный дом на краю Империи, страница 53 – Николетта Фэй

Эверт стоит там на ступенях управления. Перед ним собрались солдаты, шахтёры и женщины. Он показывает людям детские журналы, но говорит другое: будто я выкрала детей из лечебницы, остановила щит ради власти над городом и увела генерала в шахту.

— Пока вы искали имена, — произносит Кассандра, — Эверт объяснял людям, кто виноват в погибших на границе. Через час сюда придут сами горожане.

Я смотрю на проекцию. Молодой солдат, потерявший дядю, стоит в первом ряду. Рядом с ним люди, которых мы лечили после прорыва. Эверт показывает на погасший маяк, и толпа отвечает глухим шумом.

— Вы можете вывести нас и предъявить документы, — говорю я. — Советские договоры лежат за вашей спиной.

Кассандра проводит пальцами по пульту. Шкафы с архивами закрываются металлическими створками.

— Документы увидят только те, кому я разрешу. Торвен организовал лабораторию. Эверт превысил полномочия. А вы, Мирель, потеряли рассудок после третьего ребёнка и решили погубить щит вместе с городом.

Она говорит спокойно, но больше не смотрит на меня свысока. Теперь Кассандра торопится. На поверхности осталось слишком много живых свидетелей, а у меня на руках находится наследник Дравена.

Аларик отталкивает Торвена к Рейну и идёт к пульту. Двое солдат встают у него на пути. Он мог бы прорваться, но тогда схватка начнётся рядом с младенцем и работающим сердцем щита.

— Что ты собираешься сделать? — спрашивает Аларик.

Кассандра касается третьего контура.

— Вернуть городу причину бояться вас.

Под нашими ногами поворачивается механизм. Свет от камня М-3 растекается по серебряным каналам, уходит в стены и вниз, к рудным жилам.

Кассандра запускает центральную систему извлечения.

Глава 22. Все дети города

Первый импульс проходит через пол почти без звука. Камень под ногами становится тёплым, затем по серебряным каналам пробегает серый свет. Младенец у меня на руках вздрагивает и начинает плакать громче.

— Останови систему, — требует Аларик.

Кассандра отступает от пульта и закрывает управляющую пластину браслетом. Теперь контур слушается только её. За стенами хранилища один за другим просыпаются древние механизмы; гул уходит по тоннелям, будто шахта делает медленный глубокий вдох.

Севрана здесь нет, но я помню схему. Рудные жилы проходят под городом, выходят к колодцам и старым печам, где шахтёры годами сушили одежду. Пыль осталась в трубах, в домах и в организмах женщин. Система находит любой первичный огонь, которого уже касалось пепельное серебро.

— Она запустила отбор через весь город, — говорю я Аларику. — Не только через нижний квартал.

Кассандра не отрицает. Её взгляд опускается к ребёнку Дравена.

— Контур вернёт щиту достаточно силы, чтобы пережить остановку шахты. Несколько минут — и маяки стабилизируются.

— За счёт кого? — Рейн удерживает Торвена возле стены. Управляющий больше не пытается вырваться; он следит за пультом с тревогой человека, который понимает, что система работает сильнее обычного.

На поверхности вспыхивает первый сигнал. В проекции женщина среди толпы вдруг хватается за живот. Мужчина рядом успевает поддержать её. Почти сразу ещё одна беременная опускается на ступень, а люди вокруг начинают звать лекаря.

Из вентиляционной трубы над архивными шкафами доносится далёкий крик.