Онлайн книга «Храмовница»
|
Халзан к печи пошёл, а Демира придвинула к себе карту, задумалась, рассматривая изгибы дорог. — Хлебай на здоровье, — Халзан поставил перед ней миску. — Жидковата, последняя, а ты хлебца накроши. — Спасибо, золотой. — Она зачерпнула ложкой варево, принялась есть. — Думки есть у тебя какие? — спросил он, перехватив её устремлённый на карту взгляд. — Есть немного, — кивнула Демира. — Дозоры исправно ставите? — спросила. — Нравится мне наша командующая! — коротко рассмеялся Булат. — Какова, а? Только от жопы отлегло, тут же дозорных с нас справляет! — Поговори мне! — привычно отругнулась она. — Так что? Ставите? — Так не пальцем же деланы, Демира! — взвыл обиженный меньшой. — Добро, — отозвалась она. — А на дороге ставите? — На дороге — нет, — ответил Халзан. — А надо бы! — Людей мало, Демира! Хотя, пока ты хворала, полдесятка прибавилось! — Полдесятка! — она облизнула ложку, улыбнулась. — Славный прибыток! Откуда они прибились? Никак с Кирхука бежать посчастливилось? — Не, — махнул рукой Булат, — то деревенские! — Деревенские? — лицо Демиры помрачнело. — Как дорогу нашли? Хрюша никому не велел о ставке сказывать! — добавила запальчиво. — Свои только и знали! А кто в городе к нам примкнул, те не ведали! — Я их привёл, — сказал Булат, — когда с Кирхука шёл. В лесу встретил. — Чужим путь сюда заказан! — жёстко напомнила начальница. — Никому теперь не верю! Сыщется слабый духом, сдаст нашу ставку! — Не, — уверил меньшой брат, — эти не сдадут. — Так, — Демира поднесла к губам миску, допила остатки похлёбки и отставила пустую посудину, — нужны дозорные на дороге в Магриб. Но прежде надо сыскать соглядатая в Кирхуке, чтобы беспрепятственно сюда приходил раз в седмицу, вести приносил. Или знал, как иначе известить, ежели самому пойти не сподручно. Нам нужна постоянная связь с городом. Ты в Кирхук как прошёл? — спросила Булата. — По озеру? Он кивнул. — Другой дороги-то нет. Ворота охраняют денно и нощно. — А брод как сыскал? — удивилась Демира. — Со стороны воды-то как на брод выйти, в болоте не утопнуть? — Кривжиной избы конёк крыши прямёхонько на брод глядит, — пояснил Булат, — надо лишь лодку на него править, и точнёхонько в брод упрёшься! — Так ночью не видать же конька! — Видать! — возразил меньшой. — Он на его болотных гнилушек навесил, какие в теми зелёным светятся! — Ступени Кроноса к его подножию! — от сердца сказала Демира. — И после смерти помогает нам Кривжа! Добро! Стало быть, ждите гостей, псы государевы! Слушайте, — сказала товарищам, — поступим так... Неделею позже задремавших постовых разбудил людской крик, погнал на главную площадь Кирхука. Солдаты растолкали толпу, пролезли вперёд и взору их предстало страшное зрелище. Посреди площади рос большой старый орех. В его тени любили отдыхать торговцы, путники привязывали коней ко вбитым в ствол колышкам, в дни свадеб женихи украшали ветви дерева лентами. Верили, чем выше влезут, тем дольше проживут с супружницей в любви и согласии. Иные ленточки трепетали на самой верхушке, куда только кошке впору забраться. А нынче на толстых нижних ветвях болталось в петлях восемь трупов. И у всех были изуродованы лица, вырезаны носы. Отряд Демиры передавал привет правителю, справлял поминки по атаману. — Ка-ак? — взревел, наливаясь багровой яростью, командующий гарнизоном. — Откуда вошли? Живы, стало быть? Не утопли в болоте? Посты удвоить! Прочесать лес! Найти! |