Книга Бессмертная, страница 48 – Елена Тимофеева

И снилось Великому, что живут они в той пещере на острове, свободные от всех обязательств и счастливые. Как знать, может так и будет? Воротится из похода с победой военачальник Дред Поллес и передаст ему Торвальд Лоренцо мантию великого инквизитора и перстень с печатью закона? Довольно с него власти, устал от неё. Просто жить хочется, дышать вольным ветром, смотреть на солнце, любить женщину, растить детей.

Не о том ли думала и Ария, принцесса руанская, государыня острова Форс, когда остановившись и сорвав с ладони рукавицу, смотрела на застывший алой каплей рубин?

Второй день были они в пути. Измученные кони едва шли, падал снег, крепчал мороз, и конца дороге не было.

— Далеко ещё до материка, Медведица? — спросила Ария. Через силу оторвала взгляд от камня в перстне, надела рукавицу.

— До вечера доберёмся, государыня, — отвечала воительница, — если ветер не переменится. Если встречный будет — не дойдём.

Ария мрачно посмотрела на тускло блестевшее солнце за серой завесой снежных туч.

— Небось, не переменится, — сказала, — пошли.

Но не успели сумерки спуститься над застывшим морем, не успели дойти они до линии материка, как оступился на льду конь государыни, соскользнул копытом. Рванулся вперёд, желая удержать равновесие, но повёл за собой подлый лёд, не устоял конь, разъехались ноги, а одна попала меж мёрзлых глыб…

Острый хруст ломаемой кости вспорол зимнюю тишину. Столь страшен был, что в жар бросило Арию. Она осознать ещё не успела, что произошло, а уж конь падал вперёд, и она летела следом, и едва удержалась, чудом шею себе не свернула.

Она спрыгнула с седла, потянула уздечку, силясь коня упавшего поднять, но ответом ей было отчаянное ржание. Конь рванулся, копыта заскребли по льду, взметая снег. Большие тёмные глаза, наполненные болью, смотрели на неё, искали помощи, спасения у хозяйки.

— Ногу сломал! — простонала Ария и в бессилии оборотилась к Медведице. — Всё! Убился конь!

— Добей, — спокойно велела воительница, — чтоб не мучился. А то ещё день-ночь на морозе тянуть будет.

Ария выдернула из-за пояса широкий кинжал, шагнула к упавшему коню, замахнулась, занесла нож над подрагивающей шеей, где под серой кожей билась тугая вена, и опустила руку.

— Не могу, Медведица! — беспомощно прошептала она.

— Тогда так бросай, — равнодушно отозвалась воительница, натягивая поводья, — пусть издыхает. К утру, дай-то боги, околеет. Садись позади, государыня, — велела она, — поехали.

Девушка поколебалась миг ещё, но не выдержала, отвела взгляд от раненого коня, повернулась, пошла к Медведице, взялась за подпругу…

Громкое ржание далеко разнеслось над застывшим морем. В нём слышен был последний отчаянный крик угасающей надежды, и Ария остановилась, будто налетев на невидимую преграду. Медленно повернула голову, посмотрела назад и решительно пошла обратно. Сорвала с плеча лук, натянула тетиву. Подошла вплотную к коню, он поднял морду, увидев хозяйку, и обессилено рухнул обратно в снег. Бока его тяжело вздымались и опадали.

Ария стиснула зубы и выпустила стрелу в лошадиную шею. Точно попала. Всхрапнул жеребец, в последний раз заскребли копыта по льду и застыли. Лёгкий парок вышел из оскаленной пасти, и взгляд тёмных глаз замер, стал неподвижен.

Девушка уже шла обратно. Вспрыгнула в седло позади Медведицы, сказала: