Книга Черная Хозяйка Проклятого Озера, страница 7 – Наталья Касаткина

«Аааа!» — заорали поодаль, послышался треск, топот. Молодец я, ничего не скажешь, окончательно перепугала местных, которые, видимо, за мной все же тихонько крались. С досадой посмотрела на рану, думая, что делать-то теперь? Спирта по-прежнему нет. Подорожник искать? Кровь бежит прилично. А это что?

Я посмотрела вниз и заметила, что несколько капель крови, упавших на сухой хвойный опад, исчезли подозрительно быстро. Медленно убрала вторую руку, которой зажимала рану, позволяя тонкому прерывистому ручейку стекать свободно. И чувствуя чье-то… довольство? Вот же жуть. Действительно мороз по коже.

«Я еще дам, если это нужно. Но имей ввиду, если сегодня забрать все, на завтра ничего не останется».

Оторвав от панталон оборки, я замотала руку пока так. И пошла рубить следующую ветку, а потом еще и еще, стараясь брать у разных деревьев, чтобы не оставить какой-нибудь бедной елке совсем лысый низ. Нарубила столько, что еле тащила, пятясь задом и волоча за собой свою будущую колючую постель. И уже почти вышла из-под крон на относительный простор, как вдруг увидела заросли знакомой травы. Высокие стебли, ажурные листики, сиреневые цветы. Мята! Вот и мой будущий чай.

Я сочла это хорошим знаком и вышла из леса с улыбкой, породив тем самым изумленное онемение. Народ явно не ожидал увидеть меня даже просто живой, не то, что с добычей. От елок моих все отпрыгивали почти так же резво, как от меня самой, не желая прикасаться, видимо, чтобы таинственные силы не посчитали их причастными к такому преступлению.

В разговоры я больше не вступала, решив убеждать народ личным примером, правда оставить благоприятное впечатление очень мешали окровавленные лохмотья, в которые превратилась моя импровизированная повязка. На лицах вокруг так и читалось: «Получила? Убедилась?» Поэтому я просто молча сгрузила все на свободном месте и пошла назад — за хворостом.

Дров я принесла много, ночь длинная, а валежника там лежало — ноги можно сломать, если под них не смотреть.

— У кого есть котелок? Плошка какая-нибудь, чашка? И огоньком поделитесь, ребята.

Женщины ко мне подходить боялись, а большинство «ребят» выглядело так, что ночью в темной подворотне встретиться с ними никто бы не захотел. Разные, но с общей голодной жестокостью во взгляде, они походили на волков. На потерявших стаю и загнанных в угол волков. Или на портреты со щита «их разыскивает полиция».

Огонь мне принесли свечкой. Медленно, чтобы не погас, передали чадящий огарок, и с костром дело сразу пошло веселее. Первым делом я набрала на берегу озера песка и отдраила котелок, миску и выданную железную кружку. Потом, вскипятив воду, отполоскала ей посуду. И финальным броском, наконец, получив чистый кипяток, я отлила часть в миску, чтобы промыть рану, а в котелке заварила мяты.

— Леди Черная Хозяйка. Это все, что мы можем дать.

Я сидела на своих кровью добытых елках, вытянув ноги, грея руки о горячую кружку и вдыхая мятный аромат, когда назвавшийся Зареном мужчина протянул мне завернутый в какую-то тряпицу кусок хлеба.

— Спасибо. Сочтемся, — кивнула я ему благодарно, отчего он запнулся на ровном месте, чуть не упал и несколько минут заверял, что у него и в мыслях не было чего-то ожидать взамен, и ему от уважаемой Черной Хозяйки вот ничегошеньки не нужно. От меня явно откупались, видимо, чтобы я не порешила всех прямо этой ночью.