Книга Клятва верности Книга 2, страница 17 – Вера Окишева

— Она в империю Лаудунь собралась, — пожаловалась Мара Захаровна атландийцу. Ход ей нравился: наглый, молодой, красивый и богатый. Власть и деньги — всё было при нём, даже привязанность к её внучке. Невооруженным взглядом видно, что за девчонкой он прилетел. А Фимка не понимает его, выискивает подводные камни, копается, боясь довериться. Сложно с ней будет атландийцу, хотя, может, это ему и нравится в ней.

— Её решение, — мягко отозвался Ход и потрепал Симу по волосам, правда, не удержался и легко дёрнул её за локон.

— Ай, — возмутилась та, удивлённо глядя на атландийца.

— Хочет делать глупости — пусть делает. Потом умнее станет.

— Я бы хотела, чтобы обошлось без жертв, — высказала свои пожелания баба Мара, с улыбкой наблюдая за обиженной внучкой и веселящимся за её счёт мужчиной. Они хорошо смотрелись вместе. Красивая пара. Даже четыре пальца вместо пяти не напрягали Мару Захаровну, так как всё компенсировал острый ум инопланетянина.

— Без жертв не получится, — тут же отозвался атландиец, не переставая улыбаться. — Всегда приходиться чем-то или кем-то жертвовать.

— Вы о чём! — возмутилась Серафима, а баба Мара расслабилась окончательно и подарила атландийцу тёплую улыбку.

— Обожаю красивых и наглых, — с придыханием заявила она, а Дантэн подмигнул Маре Захаровне и отсалютовал ей бокалом вина.

— Кто-нибудь объяснит мне, что за жертвы? — не выдержала Серафима этих непонятных ей намёков. — Вы о ком?

— Ну точно не о тебе, моя хорошая, — ласково отозвалась баба Мара, воззрившись на Сильнейшего поверх бокала с вином. Тот молча кивнул, подтверждая её слова, и та совсем растаяла. Вот что значит настоящий мужчина.

— Жаль, мы раньше не встретились, — мечтательно вздохнула Мара Захаровна.

— Как это не обо мне? Вы что думаете, я не поняла, что вы меня тут уже поделили! — обиженно одновременно с бабулей выкрикнула Сима и, вырвав руку у Дантэна, заставила его взглянуть ей в глаза. — Вы меня совсем за дуру держите?

— А у вас таких, как ты, много? — задала ещё один вопрос бабуля, попытавшись шикнуть на разошедшуюся внучку.

— Я неповторим — это раз. Дуры меня никогда не интересовали и не будут, однозначно — это два. Ещё вопросы? — с лёгкостью справился с любопытством двух женщин Ход и сам был собой доволен. Хотя конечно ещё полчаса и он сорвётся. Сима упорно пыталась пробраться через щиты, да и биополе бабы Мары агрессивно пощупывало его на слабые места.

Фима замолчала, моргая глазами. Это удивительно приятно. Даже больше — невероятно приятно сидеть рядом с ним, слушать его голос и комплименты, пусть и нестандартные, но такие желанные. Хотя она и сама хороша, обзывала атландийца больше, чем в открытую признала, что он невероятно привлекательный мужчина. С ним ей было всегда интересно общаться. Каждый раз он преподносил ей что-то новое, то, над чем нужно было думать, заставлял выискивать ответы.

— Да куча! — взорвалась Фима. — Одни вопросы в голове и ни грамма ясности.

— Моя хорошая, всё очень даже просто, — уставилась на неё бабуля так, словно внучка опять ляпнула глупость. — Он в тебя влюбился и прилетел, как ты и мечтала. Бери его — он весь твой. Что тут непонятного?

Серафима в изумлении закрыла рот, который так и норовил опять открыться от удивления и прямолинейности бабули. Она даже не могла понять, что, собственно, её удивило больше: довольная улыбка Дантэна или не менее коварная ухмылка старшей родственницы.