Книга Тёмные фантазии, страница 87 – Вера Окишева

— Проснулась, моя бабочка? — низкий хрипловатый голос прокатился по моим нервам, заставляя воспоминания просыпаться.

— Ты меня поймал? Я же вроде сбежала от тебя вчера? — неуверенно спросила, все еще пытаясь понять, как оказалась в одной кровати с ним.

И что самое обидное: все, что я помнила из нашей бурной ночи, все было прекрасно. А Лапушка куда же пропал? Я же помню, как он меня поймал, и мы с ним целовались в подсобке среди каких-то коробок и банок.

— От меня еще никто не убегал, моя милая покровительница.

— Ой, нет, нет, — решительно выбралась я из-под руки мужчины и, собственно, из кровати в целом. — Не надо ничего придумывать о нас с тобой.

Это был разовый секс, не более того!

— Что? Не понял тебя.

Голос у Демиса сразу так изменился, появились холодные металлические нотки, предупреждающие не делать глупостей, но я считала, что было бы глупостью дать ему сейчас надежду.

— Говорю, что между нами был разовый секс, — собирая разбросанную по спальне одежду, стала объяснять я развалившемуся в кровати обнаженному шиянарцу, который не стеснялся демонстрировать свою наготу и то, какой у него после сна крутой стояк на меня. Но я твердо решила, что ухожу, поэтому встала прямо напротив белоснежной глыбы самодовольства и погрозила ему пальцем. — Ни о каком покровительстве и речи не идет. Понятно?

— Ты заблуждаешься.

— Вот уж нет. Кстати, мы не предохранялись, я так понимаю? — выжидательно посмотрела на мужчину, до которого, кажется, только сейчас дошло, что я не шутила.

— Нет, зачем, если ты моя покровительница.

— Демис, давай начистоту. Ты же знаешь, кто моя мама и мой дед. Во мне течет унжирская кровь. Я не буду никогда ничьей покровительницей. Не хочу я эту ответственность. Ты здравомыслящий мужчина, который и сам прекрасно способен проконтролировать себя. Прошли те времена, когда шиянарцы реально были опасны для общества, и им требовалась женщина, как якорь, для усмирения. Так что будь хорошим мальчиком и позаботься о себе сам. Не надо вешать свои проблемы на меня, это неприлично.

С этими словами я направилась к выходу, на ходу проверяя свой комм, присвистывая от того, сколько у меня пропущенных от сестры и телохранителей. Зато ни одного от родителей, хоть в этом радость.

— Хорошо! — внезапно прямо за спиной раздался громкий голос Демиса.

Я невольно вздрогнула, чуть не выронив комм, обернулась. Обнаженный шиянарец стоял передо мной, обдавая ароматом сочного и крепкого тела, а еще касался теплом, от чего волоски на коже встали дыбом. Ну почему он такой соблазнительный! И тело его просто произведение искусств — подтянутое, атлетическое, большое, гладкое. Чистый соблазн! Так и тянет прикоснуться, а еще лизнуть.

Я с трудом подняла взгляд, ощущая дрожь возбуждения во всем теле. Невольно подалась ближе, с диким восторгом прижала свои ладошки к каменной груди, плавно погладила по солнечному сплетению. С диким удовольствием проследила, как дернулся кадык у Демиса. Миленько так. Димант, кстати, что-то спрашивал у меня. Что-то важное.

— Повтори, — попросила враз осипшим голосом.

Мы смотрели глаза в глаза, и мир словно заискрил, завибрировал голосом Демиса.

— Я сказал, что ты меня уговорила. Не хочешь быть покровительницей, станешь фавориткой. Поверь, я самостоятельный и богатый, я сделаю тебя счастливой.