Книга Тёмные фантазии, страница 88 – Вера Окишева

— Фавориткой? — переспросила, пытаясь вытрясти из своей головы романтическую пошлятину, которой каждый раз заболеваю при взгляде на Демиса. Усмехнулась, отходя на шаг, мотнула головой. — Не хочу!

— Женой? — неправильно понял меня шиянарец и с дерзким выражением лица приподнял бровь.

Я опять мотнула головой, делая очередной шаг назад.

— Я хочу остаться свободной, Демис. Мне хватит и того, что я собственность Манаука. Больше ничьей не хочу быть.

Мужчина нахмурился, но тут же рассмеялся, взъерошил волосы рукой.

— Все мы кому-нибудь принадлежим, Даша. И даже унжирцы не исключения. Так что не отвертишься, ты уже моя.

Пошловатый намек на то, что между нами произошло, больно царапнул душу. Я поджала губы, потому что с языка рвалась грубость. Но зато разом пришла в себя. Кажется, мне срочно пора запасаться блокираторами, как бы отец ни был против этих препаратов.

— Мечтай, Демис. Мечтай, — помахала ему ручкой и развернулась спиной.

В ответ услышала его недоверчивый хмык, а следом меня прижали к голому торсу, а ушко опалил жаркий шепот:

— Я мечтал о тебе даже тогда, пять лет назад, но ты была слишком мала для любви, и я себе казался извращенцем.

— О, так это была любовь? — не поверила я, хотя приятно. А почему не поверила, потому что… странно это. Как он понял, что полюбил меня? И ведь и вправду в его глазах была совсем девчонкой.

— О да, это все еще любовь с первого взгляда.

— Не верю, а знаешь почему? — я насмешливо взглянула Диманту в глаза, развернувшись к нему лицом. Покачала головой, поражаясь его актерской игре. Смотри-ка, действительно кажется в меня влюбленным. Очень необычно.

— Почему? — Белые брови сошлись в недовольстве у переносицы.

Какой любопытный. Глубоко вздохнула и поделилась своими исследовательскими выводами:

— Если бы полюбил, то не…

И в последний момент чуть не прикусила себе язык, осознавая, что ему чуть не сказала! Вот я расслабилась рядом с этой глыбой тестостерона. Совсем мозги потекли. Узнай он правду, будет ходить за мной как приклеенный. Чуть не проговорилась, что влюбленный шиянарец не бросит объект своей страсти никогда! Папа мой тому красноречивый пример!

— Ну так почему? — поторапливал меня с ответом любопытный голый и такой наглый Демис, а наглым он был и пять лет назад.

— А не скажу, передумала. — Оттолкнув от себя мужчину, смело побрела к выходу. — Я запрещаю тебе меня останавливать, лезть ко мне и даже трогать. Не послушаешься — пожалуюсь папе, своему покровителю, — закончила с мстительной улыбочкой.

Правда та быстро померкла, когда Демис, сложив руки на груди, поиграл бровями, дерзко заявляя:

— Ты, наверное, не слышала, что в конце своего обучения я победил твоего отца в поединке.

— Кошмар какой! — вырвалось у меня, когда я поняла, что папуле и жаловаться нет смысла. — И все равно! — Нервно хлопнув по экрану цифрового замка, под звук разъезжающихся створок двери пригрозила: — Я тебя не объявляла своим покровителем, я так всем и скажу.

— Да я не против и фаворитом побыть. Я не принципиальный, лишь бы ты была моей, — громко, даже слишком громко выкрикнул в ответ Димант.

Я трусливо сбежала, понимая, что этот бой мне не выиграть. Переупрямить шиянарца может только еще более упрямый и влиятельный шиянарец. А таких у меня из знакомых только ши Тамино и сам наместник. Вот только кому из них не пожалуйся, все мне боком выйдет. Тамино опять будет мне предлагать своего сыночка, а наместник вообще может решить, что лучшей партии, чем Демис, и нет. Вот такой вот у нас правитель планеты. Придешь к нему с одной проблемой, а уйти можешь с десятью. Мне нужен срочный совет.