Книга Лучшая доля, страница 46 – Вера Окишева

Вечер. Светлана Игоревна тяжело вздохнула. Манаукец умудрился встряхнуть её устаканенную размеренную жизнь. Романтические глупости лезли в голову, а противный голос шептал, что в этом ничего и нет плохого, просто кто-то оценил её красоту и вздумал добиться её расположения. Самооценка от подобного поднимется у любого и сама госпожа Богомолова не была исключением, но беспокойство не отпускало душу.

Наверное, это была интуиция, так как выйдя в коридор, женщина чуть не столкнулась с ши Семионтом. Он стоял напротив входа в агентство, заложив руки за спину, собранный, в светлом костюме, волосы зачёсаны назад. Коварная улыбка на неестественно ярких для других рас мужских губах пришпилила Светлану Игоревну к месту. Дверь за спиной закрылась, отрезав путь к отступлению. На что она надеялась целый день? На то, что он обманул её? Что не придёт? Оставит свою затею?

Сама же ему говорила, что манаукцы непробиваемо упрямы. Чего больше было в Светлане в этот миг, она сама понять не могла: радости, что не отступил, что встречал её как истинный кавалер, или же страха. Он не был её мужчиной. Женщина считала, что искра должна пробежать между влюблёнными сразу, с первого прикосновения.

— Вы не устали? — мягкий голос не мог успокоить её. Знала она, каким он может быть властным и командным. — Я хотел бы сводить вас в театр.

Ши Семионт продемонстрировал два пластиковых цветных прямоугольника, а у Светланы Игоревны даже дыхание спёрло. Цветы, поцелуй, театр — ничто из этого не принято у манаукцев. Уж кто-кто, а госпожа Богомолова сама обучала земных женщин принимать щедрые и очень дорогостоящие презенты от будущих мужей. А тут только лёгкая романтика.

Поправив волосы, женщина нервно облизнула губы, вспомнив, что не освежила помаду, и вообще не готова для походов в столь элитные места, как унжирский театр теней, судя по лейблу на билетах.

— Мне нужно сначала домой, переодеться.

Ши Семионт не сразу понял, что госпожа Богомолова ему не отказала. Лишь через удар сердца прикрыл глаза, чтобы скрыть в них блеск торжества. Получилось. Наконец — то!

— За вами зайти? Или подождать? — уточнил он, понимая, что нельзя спугнуть её сейчас, лишь осторожно прощупывать её слабые места. Искать нужное направление в их общении. Пот медленно стекал по спине, и Амрит был сейчас на пределе. Как в старые добрые времена, когда он проходил обучение в военной академии. Курсы сапёра были такими же напряжёнными. Одно неверное решение и всё — считай себя мёртвым. Здесь так же. Жизнь без этой невысокой землянки уже потеряла всякий смысл. Она должна стать его. Он обязан сделать всё для этого.

— Во сколько представление? — уточнила Светлана, бросив взгляд на коммуникатор.

— Через два часа, — он пришёл заранее, чтобы успеть перехватить, сводить в ресторан поужинать. — Я хотел предложить перед представлением выпить чашечку другую кофе. Я знаю отличное место.

— Нет, нет, — поспешно замотала головой Светлана Игоревна. — Я лучше домой.

— Хорошо, надеюсь, часа вам будет достаточно? Я зайду за вами в восемнадцать вечера.

Очередной кивок головы и госпожа Богомолова направилась в сторону дома. Амрит с облегчением выдохнул, зарылся пятернёй в волосы. Нет, с этими землянками было очень сложно. Куда проще, когда тебя уже выбрали и диктовали, что от тебя хотят. Со Светланой приходилось думать, прогнозировать и пытаться предугадывать её реакции. Закусив губу, мужчина убрал билеты во внутренний карман пиджака и последовал за удаляющейся брюнеткой. Она шла, не оглядываясь, и не подозревала, каким плотоядным взглядом окидывал её Амрит. Отпускать её одну он и не планировал, но она не позвала, не возмутилась, что он не предложил сопровождения. Просто опустила взор в пол и ушла. Чего она хочет? Как угадать кто её возлюбленный? Амрит пытался навести справки, но ни к чему, кроме осуждения со стороны его подчинённых, вызванного превышением полномочий в личных целях, это не привело. Нет у неё любовников, и никто не ухаживал за ней. После работы она всегда спешила домой, чтобы, дождавшись условного утра, вернуться в свой офис.