Книга Пенрик и Дездемона. Книга 1, страница 237 – Лоис МакМастер Буджолд

Целитель-неудачник и божественный палач… Пен подумал, что Чио может понять это чувство тщетности, когда из твоих рук ускользают жизни. И смерти. О.

Пен нервно потер предплечья.

— Мне действительно не хочется об этом говорить.

— Я вижу, – ответила Чио. Ее сосредоточенно склоненная к нему голова заставляла Пена нервничать. – Думаю, ваш демон – не единственное создание, которое наш бог хочет оставить в этом мире.

— Это… я уже знаю. Я очень четко это осознал. На склоне холма над Мартенсбриджем, одним осенним утром прошлого года. Вот почему в тот полдень я так и не попал на свою церемонию посвящения в Ордене Матери.

Если бы тебе удалось отрезать себе проклятые руки, ты бы забрал меня с собой, проворчала Дез. Как я тебе тогда и говорила, но ты никого и ничего не слушал. Здравый смысл – уж точно нет.

Да. Я прошу прощения. Это не повторится.

Очень надеюсь. За ощущением сердитого фырканья скрывалось… многое. Любовь, как подозревал Пен.

— И потому я здесь, – закончил он. Но не стал уточнять, в Лоди или в мире.

— И потому вы здесь. – Решительный кивок, словно Чио могла поделиться с ним своей впечатляющей храбростью – очередной подарок на день рождения, от которого нельзя отказаться. – Я этому рада.

В устье главного канала, по ту сторону залива, собиралась святая процессия. Чио вскрикнула, показав на причудливую барку архисвятого, которую вывели для благословения: два тесных ряда гребцов, флаги и вымпелы, крошечные сверкающие фигурки прелатов и чиновников в лучших облачениях. Сладкие звуки музыки и пения с верхней палубы далеко разносились над водой. Пен не сомневался, что смог бы получить место на барке, если бы оказался поблизости этим утром, хотя сейчас он предпочел бы место в постели. Сиротская флотилия Острова чаек уже должна была отплыть, чтобы присоединиться к процессии. Пена так заворожило блистательное представление, что он очнулся, лишь когда их лодка подошла к причалу.

Где обнаружил, что Изерна была не единственным родителем, всю ночь ждавшим возвращения заблудшего отпрыска. Просвещенный Риста сидел на краю причала, свесив ноги, ссутулившись и опершись локтями на колени, и клевал носом.

Когда лодка царапнула камень, он вскинул голову.

— Чио!

Просвещенный поднялся на ноги и подошел к ведущим в воду ступеням, протянув руки, чтобы помочь угоднице выйти из лодки. Пену пришлось самому позаботиться о своем равновесии, а также расплатиться с лодочником.

Взбираясь вслед за ними по лестнице, Пен решил, что мокрый цветочный венок, криво сидевший на голове, стал последним штрихом, превратившим облик Чио из взъерошенного в беспутный. А еще таинственная улыбка. Его собственные сонные, щурящиеся глаза и онемевшее лицо, вероятно, придавали Пену похмельный вид. Ни то ни другое не могло понравиться встревоженному наставнику.

— Где вы двое болтались всю ночь? – спросил Риста, скорее придушенно, чем грозно.

— О, Просвещенный Пенрик устроил мне великолепнейший Бастардов канун! – радостно сообщила Чио. – Мы обошли весь город, побывали на всех рыночных попойках, ели праздничную еду, выследили вознесшегося демона, спасли его седока и поймали убийцу. И я слышала, что Просвещенный Пенрик оживил жертву ограбления и перевоспитал карманника, хотя даже бог не может гарантировать, что последнего хватит надолго. – Ее лукавая ухмылка стала шире, и она добавила: – А кроме того, я познакомилась с очень милым мальчиком и его семьей.