Книга Из бездны к звездам, страница 16 – Сэм Альфсен

— Что вы, господин, я живу в соседней деревне. Вышел за хворостом, – отвечал Оанн.

— О, хорошо. Мне проводить тебя до дома? Ночью здесь можно встретить стаю волчаков…

— Нет, что вы, господин. Я справлюсь. Живу здесь с малых лет.

Ближе к утру они скрылись в пещере. Полукровка уснул сразу же, как расстелил подстилку. А вот Нуске отчего-то не спалось. Разгуливая по пещере, лекарь заметил странную форму свода, будто бы вырытую стальными когтями.

«Драконья пещера! В таком месте мог жить дракон-сиф или дракон-хаванец», – решил Нуска, а затем тут же побрел в глубь пещеры. Отыскав потайной ход, он бесстрашно брел в темноте. Проход не был слишком узким, так что Нуску ничего не беспокоило. Да и животные не селились в бывших обиталищах драконов – бояться было нечего.

По какой-то причине, чем глубже забирался Нуска, тем светлее становилось. Оглядевшись, он наконец смог разглядеть облепивших свод светочей. Только вот… хоть они и излучали свет, но не были живыми. Что-то похожее на смолу замуровало маленьких созданий в трещинах скалы. Подобно ночному небу или огням люстры, они роняли дрожащий золотой свет на каменную тропинку под ногами.

Нуска пробирался вперед медленно и аккуратно. Его манило это таинственное место. Здесь было еще холоднее, чем снаружи, а кое-где влажные выступы покрылись коркой льда. Ступая в полутьме, Нуска увидел блеснувший впереди выход, но не стал спешить. Длинный тоннель вел случайно заблудшего в древнее обиталище дракона лекаря в главную пещеру. Остановившись у стены, Нуска замер.

Ослепительно-яркий теплый свет лился с потолка. Тысячи светочей освещали пещеру, как звезды – землю. А длинная, в несколько метров, стена была исчерчена странными письменами. Выцарапанные в камне черточки не могли быть ни человеческим языком, ни шуткой природы.

«Это… драконий язык?» – предположил Нуска.

Но, не успев как следует обдумать свою догадку, лекарь заметил мелькнувшую впереди фигуру. Кто был настолько же любопытен и беспечен, чтобы забрести сюда?

«Нет, не говорите мне…»

Духи действительно забавлялись, бросая кости на небесах. Так же, как ночь всегда находили рассветные лучи, они тоже вновь и вновь встречались.

Сердце забилось так, что хотелось заткнуть его каким-нибудь тряпьем, лишь бы оно не выдало его местонахождение. Закрыв рот рукой и затаив дыхание, лекарь вновь выглянул из тоннеля, чтобы как следует разглядеть сурии в длинной черной накидке.

«Син, почему ты здесь? Вряд ли у тебя есть время, чтобы изучать пещеры. Вряд ли ты случайно наткнулся на нее, как я. Не говори мне, что это пещера Тиамы, а ты решил сюда вернуться и вспомнить былые деньки».

За эти месяцы он ни капли не изменился. Син никогда не менялся. Взгляд его голубых глаз был направлен вперед: не думая о своей безопасности, он поднимал щит над головой народа. Делал ли он это в бою, или сидя в своем кабинете, или даже сейчас, изучая таинственные письмена на стене, – неважно, главное – он делал это всегда.

Вкусы Сина менялись. Он мог напиваться ежедневно до беспамятства, а мог не брать в рот ни капли алкоголя месяцами. Он мог наесться на пиру, а затем не касаться хлеба сутками. Мог сегодня наслаждаться цветами, а завтра – разглядывать замысловатые трещины на камнях.

Но люди слишком много размышляют о том, что им нравится, а что нет, думая, будто это их определяет. Однако на самом деле любишь ли ты сладкое или острое – совершенно неважно.