Книга Раб и меч, страница 76 – Сэм Альфсен

Син невольно улыбнулся в ответ и ничего не сказал. А Нуска и сам понимал причину этой улыбки.

«Этот навык идеально подходит для подавления энергии эрда».

Все разошлись по палаткам, но Нуска остался на берегу. Он сидел и смотрел на волны, которые скользили по песку, как ладонь матери скользит по волосам своего ребёнка. Но эти нежные касания морской воды, ласковые поцелуи, которые море дарило земле… казались Нуске убийственными укусами самых ядовитых змей.

Ничто в этом мире не пугало его сильнее.

Но, прикрыв глаза, он вспоминал, как Мишра и Вайра учили его плавать. Как они раз за разом кидали его в реку, а он, дурачок, глотал воду, но всегда выбирался обратно на берег.

Страх – это тень, она неотъемлемая часть человека. Но она не способна изменить настоящее или будущее. Тень – это просто тень, она следует за человеком по пятам, но никак не влияет на его жизнь. Он может либо оборачиваться на неё каждый раз, как делает шаг, либо просто принять факт её существования.

И Нуска до самого восхода звезды принимал факт существования своих страхов. И то, что их необходимо преодолеть.

Когда наступило утро, а свет звезды озарил своим светом берег, Нуска сидел у самой воды с завязанными глазами и ушами. Однако он почувствовал приближение эрда и, коснувшись его предплечья, ухватился за него. А эрд подвёл Нуску к лодке.

Само приключение было тошнотворно. Нуска ненавидел каждую секунду своего пребывания на воде, но терпел. Пока он не видел море, пока он не слышал плеск волн… он мог сделать вид, будто просто плещется в огромной соннийской общественной терме.

Около половины суток они качались в лодках, а затем прибыли в порт Фасида.

И первое, что сказал Нуска, когда снял повязку, было:

— Э, почему ваш дворец стоит на воде?

— Видимо, вы мало читали? Все знают, что веками фасидские сурии поддерживают дворец на плаву силой своей дэ, – со смешком поведал Нарид.

Но Нуска был в слишком плохом настроении, чтобы терпеть насмешки. Взмахнув рукой, он призвал оружие, а затем мощным ударом хлыста блокировал дэ нескольких десятков сурии на ближайшие пару километров.

С такой же сладкой улыбкой он повернулся к Нариду и вежливо ответил:

— Что же, теперь никому этого знать не придётся. Ведь вашему дворцу, видимо, суждено потонуть. Ведь только невиданная тупость могла заставить фасидцев несколько сотен лет поддерживать на плаву целый дворец просто потому, что так надо.

И целый дворец более трёхсот метров в высоту стал медленно крениться набок под громкие возгласы и крики фасидцев.

— Нуска, немедленно прекрати! – орала Вильна.

— Да как вы посмели посягнуть на вековые традиции фасидцев?! Вас казнят! Лекарь Нуска, вы сейчас на территории Фасида, даже эрд не защитит вас! Закон един для всех!

— А если пострадают люди?! Ты подумал об этом?!

Но Нуска был злее дракона. Его и ранее в Сонии преследовали подобные срывы, но в этот раз поступки Нуски приняли крайне разрушительный характер… Он был невероятно зол, а махина, вокруг которой стояло около пятидесяти сурии, без продыху поддерживавших её на плаву, вызвала у него такой гнев, что он бы смёл с лица континента весь Фасид, будь у него такая возможность.

— Эрд Син, остановите его! Нас же сбросят в море следом за дворцом! – чуть не умоляла Вильна.