Книга За гранью возможного, страница 106 – Керстин Гир

Но Матильда уже схватила нас обоих за руки и энергично потащила через противоположную дверь в большой кабинет химии. Мне ничего не оставалось, как ковылять за ней, постоянно спотыкаясь и едва удерживаясь на ногах. Из последних сил я вцепился в костыли.

Через плечо я увидел, как Амфибия взмахнул рукой, выпуская по приказу Балаклавы струю воды, которая должна была потушить наш тонкий огненный барьер. И в следующее мгновение я понял, что именно на это и рассчитывала Матильда. В моей памяти всплыли какие-то отрывочные факты из уроков химии, что горящее масло ни в коем случае нельзя пытаться тушить водой. Так что это было не «суперстар», а «жировой пожар». И «взрыв» вместо «слив». Но, судя по самодовольной ухмылке Амфибии, он учил химию ещё хуже, чем я. Вместо того чтобы с громким шипением погаснуть навсегда, наш маленький костёр под струёй воды мгновенно превратился в настоящую огненную стену. Воздух буквально взорвался обжигающим шаром, огромные струи пламени взметнулись к потолку.

Затем дверь за нами захлопнулась.

Я не отпускала рукава Жанны и Квинна до тех пор, пока мы не забрались в густые кусты за мусорными контейнерами и не спрятались в зарослях лавровишни и кипариса. Здесь не так громко звенела сигнализация, но зато мы услышали сирены пожарных машин, которые в этот момент въезжали во двор школы с другой стороны здания. Окно, через которое мы вылезли, было широко открыто, поэтому вполне можно было догадаться, как и куда мы сбежали. Со школьного двора было хорошо видно, как из кабинета химии валит дым и выбиваются языки пламени.

— Пригнитесь, – приказала я, поворачиваясь, чтобы проверить, видно ли нас с пожарной лестницы. Как я и ожидала, на лестнице появились Сыны Севера. Тот, что в балаклаве, бежал впереди, двое других – следом за ним. Они с грохотом скатились по лестнице, и на мгновение я испугалась, что они тоже бросятся в кусты, но наши преследователи проследовали по тропинке, которая вела на Клараштрассе. По этой же тропинке, после того как они скрылись из виду, собиралась пройти и я.

К моему облегчению, наши киллеры выглядели целыми и невредимыми, они даже смеялись и что-то кричали друг другу на незнакомом мне языке, наверное, на норвежском. Но когда они пробегали мимо мусорных контейнеров, даже не взглянув в нашу сторону, я с некоторым удовлетворением увидела, что огонь их здорово потрепал: лицо Шкафа закоптилось, а Амфибия полностью опалил свои когда-то длинные локоны. Осталось только несколько коротких пучков волос.

— Ну и кто теперь похож на мокрую курицу из супа, Кьелл-Сигге? – прошептала я.

— Скорее, на жареного цыплёнка, – злорадно пробормотала ему вслед Жанна.

В голубом небе пронеслись кровавые галки, и мы ещё глубже нырнули в кусты. Когда они скрылись из виду, я наконец вздохнула с облегчением.

«Всё закончилось. Мы справились».

— Пора бы нам тоже сматываться отсюда, – сказал Квинн. Пожарная тревога уже отзвенела. – А то кто-то может решить, что мы какие-то злостные поджигатели. – Он насмешливо улыбнулся.

И тут до меня дошло: «Как же, „закончилось“, „справились“… Боже мой».

Я снова нырнула в кусты, на этот раз потому что у меня подкосились ноги. Я совершила самое настоящее преступление. «Я… Я подожгла нашу школу!» Во рту пересохло так, что я не могла вымолвить ни слова.