Книга На границе света, страница 75 – Керстин Гир

«Майя с добродушной улыбкой и оживающей татуировкой ящерицы. Ну конечно. Это многое объясняет. Хотя с другой стороны…»

Я не мог решить, какой же вопрос задать следующим.

— Синеволосая девочка тоже одна из вас?

— Нет. Она принадлежит к группе людей, которые знают о существовании Грани и проводили некоторые очень опасные опыты. Поэтому Гектор со своими охотниками в ту ночь отправились в погоню за ней, и… – Профессор Кассиан запнулся, уловив предостерегающий взгляд Феи. Он пожал плечами. – Почему и что там произошло, это слишком долгая история, её не расскажешь простым и доступным языком.

Фея кивнула:

— Как бы там ни было, в тот вечер ты оказался между двух огней. Для Гектора и его охотников ты был лишь свидетелем, которого требовалось устранить. Многие охотники не особо церемонятся с человеческими существами.

— Мы понятия не имели, что у Юри остался наследник, – сказал профессор Кассиан. – Мы даже не предполагали, что ты существуешь, пока синеволосая девочка нам это не открыла.

— Так Гектор её поймал? Где она сейчас? И откуда она знала, что я существую? Она пришла на вечеринку в тот вечер только из-за меня.

— Как мы уже сказали, это длинная и сложная история, которую мы расскажем тебе в следующий раз. Обещаю! На сегодня главное, что ты понял основные вещи и знаешь, что не сошёл с ума.

— Но… вы могли бы объяснить мне всё это без театрального представления, – сказал я. – В этом, как его… в материальном мире. («Ну вот, начинается».) То есть в цветочном магазине. Или в моей комнате. Зачем вам понадобилось посреди ночи тащить меня на кладбище и через этот портал в другой мир?

В этот момент, прежде чем профессор Кассиан успел снова поправить меня, что речь идёт не о другом мире, случилось нечто очень странное: из-под рукава моей пижамы выползло что-то розоватое. Оно одновременно появилось на моей коже и под кожей, словно мастерски выполненная трёхмерная татуировка. Только эта татуировка двигалась. Это был осьминог размером чуть меньше моей ладони. Он осторожно обхватил меня своими щупальцами и медленно заскользил к запястью.

— Вот зачем! – воскликнул профессор Кассиан, восторженно уставившись на осьминога. – Из-за твоего родимого пятна.

— Что-что?

Я осторожно провёл пальцем по странному существу, но ничего особого не ощутил, кроме собственной гладкой кожи. Однако зверёк вздрогнул, будто почувствовал моё прикосновение. Он выглядел как настоящий. Я ожидал, что он будет меня щекотать или покалывать во время движения. Но единственное, что я чувствовал, – необъяснимую симпатию к этому странному маленькому существу.

— Кальмар, – сказала Фея. – Как интересно.

— Осьминог, – поправил её профессор Кассиан. – Особенно милый экземпляр. И смотрите-ка, у него не восемь ног, а девять. То есть он, строго говоря, девятиног. – Казалось, это его очень обрадовало. – Родимые пятна видны только здесь, на Грани. Они представляют собой что-то вроде отпечатков пальцев здешних обитателей.

— Но… – Я указал на татуировки на руках у Феи. – Её родимые пятна я видел и там. И у Майи тоже.

Фея покачала головой:

— Это не родимые пятна, а татуировки. На них иногда селятся мельчайшие создания, которые хотят подышать земным воздухом.

— Все феи любят пёстрые татуировки, не знаю ни одной из них, у которой всё тело не было бы ими покрыто, – сказал профессор Кассиан. – Эта традиция уходит своими корнями в те времена, когда существовала необходимость прятать настоящее родимое пятно и феи пытались замаскировать его множеством татуировок.