Книга На границе света, страница 78 – Керстин Гир

Леопольд, как всегда, выражался гораздо более прямолинейно, чем Луиза:

— Он ведь практически наш друг, мы с садика в одной группе.

— И что с того?

Я вытащила из другого ящика джинсы. Хотя бы их у меня хватало.

— Ну с нами Квинн чувствовал бы себя, наверное, более свободно и уверенно, тебе так не кажется? – Луиза сверлила меня упрямым взглядом. – Мы с Леопольдом даже проходили практику в больнице и много читали об инвалидах, а ты больше похожа на поверхностную девчушку в стиле «мне бы только похихикать с Юли».

— Нет, ошибаешься, я девчушка в стиле «немедленно вытолкать Луизу и Леопольда из своей комнаты», – сказала я.

Я не могла поверить своим ушам. Эти двое метили на моё место!

— Тебе известно, что уборщица госпожи фон Аренсбург получает на два евро в час больше, чем любая другая уборщица в нашем районе? – спросила Луиза. – Мама говорит, что из-за неё поднялись все цены.

— Возможно. Но я не получаю деньги за то, что помогаю! – соврала я.

— Я просто имела в виду… – начала Луиза.

Леопольд продолжал доламывать мой стул, то поднимая, то опуская его.

— Просто удивляюсь, почему родители доверили такое важное задание именно тебе. Подозреваю, что они перепутали тебя с Луизой, – вмешался Леопольд.

— Нет, исключено! Потому что я ношу вот это!

С чувством собственного достоинства я повернулась лицом к Леопольду, и тот вслух прочитал:

— «Я НЕ Луиза»! – Кажется, он только сейчас заметил эту надпись, потому что тут же состроил кривую гримасу и прикусил нижнюю губу. – Это вроде как должно быть смешно, я знаю. Но на самом деле это грустно.

Луиза смотрела на меня во все глаза:

— О'кей. Если ты так уверена, что никто никого ни с кем не перепутал, то не будешь возражать, что мы тоже поговорим с фон Аренсбургами.

— И подробно изложим им детали нашей общественной работы. – Леопольд скрестил руки на груди.

Я решила выкатить его из комнаты прямо на стуле:

— Можете говорить с кем хотите, кроме меня. А сейчас проваливайте! Мне надо переодеться.

Чтобы не столкнуться со стулом, Луиза тоже попятилась и выскочила в коридор. Я тут же захлопнула дверь, прежде чем они успели опомниться.

— Я разделась и стою без одежды! – на всякий случай крикнула вдогонку я.

С облегчением я услышала, как они, возмущаясь, топают вниз по лестнице.

— Через пятнадцать минут выходим в церковь, Матильда! – крикнула снизу мама. – Если хочешь успеть позавтракать, придётся тебе поторопиться.

Теперь настал мой черёд возмущаться, но тем не менее я поспешно натянула одежду. Рубашку я заправила в джинсы, так не было видно потрёпанных краёв, и никто не заподозрил бы в ней часть пижамы.

Платяной шкаф оказался пустым по моей вине. Во время рождественских каникул мы с Юли решили, что отсортируем нашу одежду по известной радикальной методике: оставить можно только то, что делает тебя счастливее и хорошо смотрится. Разделаться с большинством предметов моего гардероба, особенно с платьями и блузками, оказалось легче лёгкого. После того как я резко выросла в прошлом году, все эти вещи стали мне малы. А те, в которые я ещё хоть как-то влезла, не делали меня счастливее ни на секунду. Только для новой блузки с рюшами я сделала исключение, чтобы избежать ссоры с мамой. Мне срочно нужна была новая одежда.

Вот сегодня, например, почти всё пошло в стирку, и я рисковала остаться голышом. Проблема состояла в том, что собственных денег на одежду у меня не было, а если бы я попросила маму купить мне одежду, она непременно решила бы мне помочь. Ничего хорошего от похода по магазинам с мамой ждать не приходилось. Блузка с рюшами – тому отличное доказательство. Или, как говорила Юли: «Уж лучше в костюме Евы!»