Книга Три «танкиста»: Три «танкиста». На острие удара. Солдаты Третьей мировой, страница 355 – Михаил Михеев

Больше всего при посадке досталось пилотам, которые, собственно говоря, всех и спасли. Но если остальные находились в салоне, то эти парни сидели впереди, практически ничем не защищенные. Остекление кабины разнесло вдребезги, куски металла и комья земли тоже внесли свою лепту. Второй пилот теперь лежал, забинтованный, как мумия, хотя жизни его ничего не угрожало – поверхностные, пускай и многочисленные, порезы. А вот первый, когда его без сознания вытащили из развороченной кабины, предварительно выломав изрядный кусок перекрученного алюминия, загораживающий путь, выглядел куда хуже. Крови потерял изрядно, да и стукнуло его хорошо. Теперь на всю оставшуюся жизнь будет обречен щеголять шрамами на пол-лица. Судя по глубине порезов, свести их просто так не получится. Хотя тоже ничего смертельного, а главное, уцелели глаза, что при такой посадке уже само по себе маленькое чудо.

Пару раз над ними прошел вражеский истребитель, но не стрелял. Почему? Возможно, у него не было такого приказа или же сыграл вопрос гуманизма… Хотя какой там гуманизм – военный летчик, тем более китайский, гуманизм к целям ощущает примерно как работник скотобойни к свиньям. И это не потому, что он сволочь – просто защитная реакция организма. Один из солдат, работающий рядом, цинично заявил, что он просто расстрелял боезапас к пушке, еще когда они были в воздухе, а из подвешенных под крыльями ракет не было предназначенных для работы по наземным целям. Как ни обидно признавать, но это больше походило на истину.

Они уже заканчивали, когда появились местные. Как ни странно, не китайцы. И обликом, и разговором – речь звучала исключительно русская. Как выяснилось, самолет успел перемахнуть через границу. Недалеко, правда, но здесь однозначно была русская земля. Это радовало…

Местные оказались не только любопытными, но и жутко деловыми. Во-первых, быстро прояснили, что самолет можно считать ничейным, и возрадовались. Хотя бы потому, что разбившийся самолет – это больше тридцати тонн цветмета. Который сейчас ой как недешев! Ну а во-вторых, они моментально организовали транспорт. Правда, выяснив сначала, что тут все же свои. На китайцев они посматривали без особого энтузиазма, но и отказывать женщинам и детям в погрузке на машины тоже не стали. И не прошло и часа, как доставили жертв авиакатастрофы в довольно большое село, где выделили им под размещение здание школы. «А дети не обидятся от пары дней каникул, правда-правда».

В кои-то веки у Дины свалился камень с души. Ранеными занялись квалифицированные врачи – здесь имелась неплохая поликлиника. И, как заверил хирург, до нормальной городской больницы, где ему сделают полноценную операцию, Полански точно дотянет! Пока же всех раненых и покалеченных разместили в больнице – стерильные простыни и квалифицированные медсестры, по мнению врачей, были куда полезнее раненым, чем кое-как огороженный угол спортзала с уложенными для удобства спортивными матами. И оспорить это утверждение было сложно.

Уже вечером, когда Дина сидела за огромным общим столом и ела приготовленный здесь же, в школьной столовой (не ресторан, конечно, однако все съедобно) ужин, тот самый парень, что цинично прошелся насчет боекомплекта истребителя, а потом вместе с ней тащил через узкие люки раненых, сел рядом. Очень внимательно посмотрел на Дину и спросил: