Книга Альпийская охота, страница 45 – Александр Тамоников

Солнце поднялось уже высоко, оно нещадно палило, а группа так и не нашла ни одного мало-мальски значимого признака пещеры, в которой могла бы разместиться электротехническая лаборатория. Шелестов стянул с головы берет, вытер им лицо, а потом, присев на камень, развернул карту. Сличив ее с местностью, он заговорил:

— Профессор Клаусен — математик, электротехник. Ему не нужен грот, куда только ветер задувает. Ему нужна энергия. Вода. Генераторы. Значит, ищем ручьи, перепады высот и следы дороги. Пусть не на машинах, а на ишаках или мулах ему должны же доставлять бензин для генераторов, провизию.

Они разделились, но держались в пределах видимости. Первые часы прошли в изнурительном подъеме. Ноги скользили по мокрой траве и осыпающемуся щебню. Леблан, высокий, чуть сутулый француз с обветренным лицом, то и дело поглядывал на Марию. Она шла легко, по-кошачьи цепко ставя ноги на камни, и только плотно сжатые губы выдавали напряжение. Он порывался подать ей руку, помочь перебраться через расщелину, но она, лишь благодаря, кивала, справляясь сама. Леблан ловил себя на мысли, что восхищается ею, этой русской девушкой, нашедшей в себе силы вернуться сюда, в этот каменный ад.

— Смотрите! — крикнул Коган, указывая на узкую тропу, почти незаметную под слоем осыпавшейся породы.

Тропа вела к высохшему руслу ручья. Шелестов опустился на корточки, провел рукой по земле.

— Старая колея. Грузовик здесь прошел, и не раз. Давно, но прошел. — Он поднял голову, взглянув на скальную гряду. — Вода была. Значит, и генераторы могли быть.

— Осыпь позади еще прошлогодняя, — указал рукой Буторин. — Машина проходила здесь в прошлом году. Но несколько месяцев лаборатория не продержалась бы без снабжения. Хотя давайте пройдем дальше.

Цепочкой, держась ближе к скале, они двинулись вдоль русла. Проверяли каждую трещину, каждый грот. В одном из них, неглубоком и сыром, Буторин нашел пустую гильзу. Немецкую. Патрон 9×19, «парабеллум». Он молча протянул ее Шелестову. Тот повертел в руках и спрятал в карман: не гильза, а примета. Рядом кто-то был, охранял что-то… или кого-то.

Время перевалило за полдень. Ноги гудели от усталости.

Они осмотрели три пещеры, которые оказались естественными, дикими — со следами медведей, но не человека. Отчаяние еще не пришло, но его тень уже легла на лица бойцов. Сосновский, чертыхаясь, потер ушибленное о выступ колено. Мария присела на камень, закрыв глаза.

Леблан, стараясь не думать о том, что они ищут иголку в стоге сена, подошел к ней, протянул флягу.

— Мари, вы держитесь молодцом, — сказал он по-русски, и в его голосе слышалась та особенная нежность, которую он не решался проявлять при других.

— Мы должны его найти, Этьен, — ответила она тихо, беря флягу. — Ради тех, кто не вернулся в первый раз.

К вечеру, когда тени удлинились и горы налились густой синевой, группа разбила лагерь у подножия скалы, в ложбине, защищавшей от ветра. Здесь было тихо, журчал ручеек, сбегая по отполированным веками камням. Леблан всех удивил, мастерски разведя небольшой костер. Перекусили сухим пайком, оперативники, сидя с жестяными кружками у огня, наслаждались крепким душистым чаем. Никто не произнес вслух главного: первый день потерян.

…Утро началось с пронизывающего ветра. Он задувал под куртки, выстуживал разгоряченные сном тела. Сегодня предстояло забраться выше, туда, где, судя по карте, находилось плато, с которого могла бы открываться дорога к возможной цели. Снова разложив карту, группа обсудила план предстоящего дня.