Книга Лаки, страница 15 – Марисса Стэпли

«Возвращаться» означало — от пограничных городков. Обратно в крупные города, где деньги давались чуть легче. Они всегда подбирались так близко. «Как только доберёмся до Канады — заживём честно», — говорил он. Но он не знал, что такое честность.

Лаки хотела кричать, хотела плакать. В последнее время это стало случаться всё чаще. Как будто мир не имеет смысла — как будто её мир не имеет смысла. Другие дети не жили вот так. Она это знала. И ей это надоело.

Она перепробовала все способы не дать слезам прорваться, но ничего не помогло. Одна скатилась по левой щеке. И пока она была отвлечена, отец схватил прядь её длинных вьющихся волос — рыжий флаг — и чик: та лежала на полу, как дохлое животное. — Разве было так страшно? Делов-то.

Она вскочила с кровати. — Как ты посмел? — крикнула она, и он вздрогнул.

— Тихо, ради бога! Я же сказал — мы в опасности.

— Мы всегда в опасности. Всегда, всегда, всегда!

Он пожал плечами — потому что нечего было возразить. Они всегда были в опасности, потому что сами были опасностью.

Тут она посмотрела на дверь. В кончиках пальцев покалывало, и в босых ногах тоже, и в голове пело одно слово. Беги . Она представила огромный лес за хибарой — какими прохладными и мягкими были бы мшистые ковры под ногами. Можно было бы есть ягоды и кору, чтобы выжить. Спрятаться на дереве — он никогда не найдёт.

Беги, беги, беги . Она повернулась, открыла дверь и побежала, пока отец не понял, что происходит. Она справится сама. Доберётся до Канады. Ей никто не нужен. Тем более он.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

Лаки спустилась по лестнице — все двадцать этажей — и вышла из «Белладжо» через служебную дверь в утреннюю жару Лас-Вегаса. Нашла мусорный бак и избавилась от сумки с волосами, телефоном и паспортами. Сим-карту она уже смыла в унитаз наверху.

Она плотнее прижала к лицу большие тёмные очки, закинула рюкзак и вышла на тротуар, растворившись в потоке туристов на Стрипе. Нырнула в магазин и прошлась по рядам с футболками, выбрала розовую с надписью «Добро пожаловать в сказочный Лас-Вегас» и кепку в тон.

— У вас есть примерочная?

Она закрылась внутри, сорвала этикетки с ярко-розовой поясной сумки и убрала её в рюкзак.

Потом зашла в аптеку Duane Reade, купила ржаво-коричневую помаду, тональный крем не того оттенка и мышино-серые тени.

Затем нашла туалет в кофейне, где нанесла макияж слоями, слегка размазав помаду на зубах. Выйдя и снова пойдя по Стрипу, она почувствовала, как тело напрягается и мышцы сжимаются оборонительно. Она не могла не ждать. Что кто-то начнёт кричать её другое имя. Что твёрдая рука опустится на плечо и скажет, что она арестована.

В конце концов она добралась до места назначения: снова была у «Белладжо». Когда она прошла через парадные двери и направилась к охране казино, когда звук игровых автоматов становился всё громче, а воздух — неподвижным и прохладным вместо пустынной сухости, когда она подумала о вчерашнем прыщавом игроке в покер и новой стратегии, которую применит, чтобы его одурачить, — страх уступил место предвкушению. Оно поднималось по телу, как пузырьки в бокале шампанского, и скручивало желудок.

Она подошла к бару и заказала диетическую колу со льдом и лаймом. — Совсем без рома, без ржи, без водки? — поднял бровь бармен.