Книга Уж на красной сковородке, страница 89 – Валерий Шарапов

Кто-то побежал в обход, и Верест поддался порыву, но впереди уже кричали: там камни, дороги нет. Народ подался через ворота, растеклись по территории станции. Повсюду валялся мусор, громоздились какие-то ящики, штабеля бруса, мешки с цементом под навесом. Не пришло еще время переустройства. Издевательски в свете фонарей мерцал плакат на здании лодочной станции: «Решения XXV Съезда КПСС — в жизнь!» Какая же это жизнь!

Слишком поздно обнаружили проход между штабелями. Узкое пространство загромождали раскисшие от дождей картонные коробки. И здесь разруха, черт возьми, в двух шагах от всемирно известного научного центра!

Завелся лодочный мотор, затарахтел. Люди по одному просачивались к дощатому причалу, огибали какие-то ржавые бочки. Моторная лодка оторвалась от причала, пошла неровно, вздрагивая. На корме у мотора сидел единственный пассажир. Он пригнулся: догадывался, что сейчас начнется. Лодка выровняла курс, уносилась в открытое море.

Капитан Сергеева, матерясь грубым голосом, первой открыла огонь. Стояла, как в тире, вытянув руку с пистолетом, производила беглые выстрелы. Присоединились остальные — многие имели при себе оружие. Пули шлепались в воду, откалывали щепки от бортов. Верест их не останавливал. Было с чего разъяриться.

Двое мужчин в брезентовых штормовках лежали на причале. Зубову невероятно повезло: прибыли рыбаки с ближайших островов, вытащили свое хозяйство на причал, в этот момент негодяй и нагрянул. Молодой парнишка пытался сопротивляться, за что и получил несколько ударов ножом в живот. Он скреб ногтями настил, отходил в мир иной. Глаза затягивала болотная муть. Второй, постарше, не оказывал сопротивления — и получил всего лишь ногой по голове. Он приходил в себя, надрывно кашлял.

Лодка уходила. Зубов скорчился на дне, чтобы не задело. Оперативники стреляли по инерции, хотя моторка давно покинула зону поражения.

Верест бросился вдоль причала. Больше ничего! Пара плоскодонок с зачехленными моторами, но швартовочные цепи на замках, да и вряд ли кто-то оставит полные баки горючего. Он прыгнул в одну из лодок, отыскал на дне какую-то выдергу, стал срывать замок. Не так-то просто, много вас таких, желающих…

Плавсредство с Зубовым уже растаяло во мгле, затих шум мотора. Майор в отчаянии вглядывался в полумрак. Какое же необъятное это чертово Обское море…

Это было просто смешно. Обвести вокруг пальца толпу обученных профессионалов и уйти из-под самого носа! Сколько людей еще должно погибнуть? Погоню удалось наладить только через десять минут. Катер, найденный на соседней станции, не отличался быстроходностью, но исправно покорял холодные воды. Но где искать?

Они наугад бороздили просторы, всматривались в горизонт. Наибольшая ширина Обского моря — двадцать два километра, но здесь, недалеко от шлюзов и гидроэлектростанции, — от силы километров двенадцать. В ясный день видно дальний берег.

Верест лихорадочно размышлял. К шлюзам Зубов не повернет, там на многие километры открытое пространство. Но знает ли об этом Зубов? Он чужак в этом городе, может повернуть куда угодно, рассчитывая на авось. Но в открытые просторы на юго-западе он точно не пойдет. Зубову важна короткая дорога. Сколько в баке горючего — он ведь понятия не имеет!

С задержкой с военной базы в Бердске подняли вертолет — к сожалению, только один. Второй и третий проходили капитальный ремонт. Но была глухая ночь, видимость паршивая. Трудно засечь маленькую лодочку в серых водах. Пилот взмывал в небо, затем резко спускался, шел над самой водой, светя прожектором.