Книга Мой ласковый и нежный ... эльф, страница 45 – Елизавета Соболянская

Марианна взглянула и сглотнула, не зная, как выразить обрушившиеся на нее эмоции. Серебристый шелк, уложенный складками, чем-то напоминал доспех. Может, цветом, может, силуэтом, а может, аккуратным рядом наград на левом плече.

Фата из нежнейшей серебряной паутинки напоминала кольчужную сетку и крепилась к венку из странных черных цветов с алыми чашечками. Рядом лежал букет из таких же цветов, разбавленных серебряными ветками папоротника.

Отказаться от такой красоты Марианна не смогла. Несомненно, это платье куда больше отражало ее суть, чем сливочный бархат и блонды прежнего свадебного наряда.

— Только я не знаю, как это надевать! — почти жалобно сказала она.

— Лорд Горион нам показал! — восторженно заявили дочери Калеба и просто засунули невесту в целый ворох эльфийского шелка головой.

Когда Марианна перестала панически дергаться, застыла и повернулась к зеркалу, все ахнули — шелк лег, как вторая кожа, превращая девушку в металлическую статую!

— Лорд передал украшения, сказал… — одна из девушек нахмурила лобик, вспоминая, — это фамильный комплект, и ему будет приятно, если вы это наденете!

Марианна заторможенно кивнула, все еще не отводя взгляд от своего отражения в зеркале. Во время войны она кое-что узнала об эльфах. Платье, изготовленное женихом с помощью его собственной магии, — это как признание. Если не в любви, то хотя бы в желании быть вместе. Неужели полумертвый эльф решил превратить политический брак в нечто большее? Опасно верить бывшему врагу? Еще как!

Но фамильные украшения… Эльфы не хранили их в доме. Доверяли Лесу, потому что часто фамильные украшения — это совсем не золото или самоцветы. Это мог быть завиток травы, особым образом высушенный, сохранивший гибкость, приобретший прочность металла. Или кусочек коры мэллорна на тонком шелковом шнурке. Или застывший в бесконечности янтаря лист с фамильного древа.

Эти уникальные драгоценности хранились Лесом, и взять их мог тот член рода, которому позволит Лес, и только по особому случаю.

Сердце Марианны затрепыхалось где-то в горле — неужели Эллиас счел их свадьбу по воле короля и владыки особым случаем?

На бедра девушки лег пояс, сплетенный из лозы, хмеля и серебряных цветов. Такое же ожерелье из более тонких завитков и веток обняло шею. И больше ничего — ни серег, ни браслетов, только две плетенки, стоимостью во весь Лучегорск каждая.

Туфли невесте не предложили — эльфийские невесты идут к месту бракосочетания босиком, это люди выяснили, изучив несколько иллюстрированных эльфийских трактатов.

Прикрыв невесту кольчужной вуалью, закрепив венок деревянными шпильками с головками в виде капель росы, помощницы немедля переоделись сами и шумной толпой высыпали на лестницу — провожать невесту.

Марианна шла по родному дому и чувствовала себя удивительно красивой. Лестница, просторный холл, полный гостей, крыльцо и… длинная ковровая дорожка, составленная из десятков самых разных ковров и ковриков, ведущая прямо к ратуше! На помост! Чтобы босая невеста не наколола ногу, не вляпалась в навоз или лужу!

Кто, когда и как успел все это организовать?

Опершись на руку герцога, баронесса поднялась на помост, щедро украшенный цветами.

Алтарь, священник, шумная толпа на площади — все отмечалось сознанием, но как-то издалека. Словно это не она стояла перед всеми, не на нее глазели зеваки, не ей шептал на ухо герцог Корбет: