Книга Диспноэ, страница 116 – Юлия Арвер

Наконец их впустили в собор. Ник заметил, как поежилась Лиза, и только тогда вспомнил, как хреново она должна себя чувствовать в месте, где еще витало святое присутствие. Демоны здесь страдали куда сильнее, и Ник искренне считал, что они это заслужили.

Их сопровождали двое караульных, полностью обмундированные и вооруженные до зубов. На шее каждого болтались несколько амулетов, пистолеты оба держали на изготовку. На Лизу и тот и другой косились с неприязнью. Еще бы, после побега Гордия прошла всего неделя. Они не забыли, под чьей личиной демона вывели из собора. Наверняка и пистолеты держали наготове именно из-за Лизы.

Маленькой, но напряженной компанией они спустились к камерам, где вместо электрических лампочек мерцали алхимические. Заметив дрожь Лизаветы, Ник сжал ее ладонь, оказавшуюся липкой и ледяной.

— Я в порядке, – процедила Лиза сквозь зубы, но руку не убрала.

— Никто и не спорит, – согласился Ник и усилил хватку.

Их путь по бесконечным коридорам закончился у одной из десятка одинаковых железных дверей, испещренных письменами. Один из караульных загремел ключами, отпирая тяжелый замок, который с каждым оборотом искрил магией. Второй замер за спиной первого в защитной стойке и направил на них пистолет.

— Всегда подозревала, что здесь недолюбливают Управление, но не так же открыто, унтер-офицер. Опустите пистолет сейчас же, – потребовала Лиза, и ее зрачки угрожающе налились алым.

— И не подумаю. Не хватало еще, чтоб вы снова забрали с собой заключенного, – процедил караульный с пистолетом, ни капли не смутившись.

— Я никого не забирала!

— Мне все равно. Инструкция есть инструкция.

Его напарник тем временем преспокойно отпер дверь и напомнил давно знакомое правило:

— Не пересекайте солевую границу. Демон лишен магии, но может наброситься и причинить вред.

Лиза недобро ухмыльнулась и ступила в камеру первой. Ник выиграл для себя пару секунд, чтобы набраться храбрости, и шагнул следом. В нос ударил запах сырости и немытого тела. Дверь за их спинами с грохотом захлопнулась. Холодный белый огонек в мутной лампе затрепетал от движения.

На нарах, у дальней стены, лежала груда тряпья. Ник знал, что это не просто тряпье. Алан. Демон, когда-то считавшийся одним из главных соблазнителей Петрограда. Пока что Ник видел лишь костлявую спину, обтянутую грязной робой, и длинную паклю темно-рыжих волос – много лет немытых и нечесаных. Сколько же Алан не двигался?

Лизу слегка передернуло, когда она переступила солевую границу. Ник и не заметил бы, не знай он о ее происхождении. Соль, как и стены собора, причиняла Лизе боль, но боль терпимую, которую можно скрыть. Ник же переступил границу спокойно, хоть его и потряхивало, но не от боли, а от волнения.

— Дядя Алан, – несмело позвала Лиза, и Ник увидел перед собой не привычную – острую, как бритва, – Лизавету, а одинокую, всеми забытую девочку, которая нашла давно потерянного родственника.

Алан неохотно пошевелился. Он двигался медленно, заторможенно, словно восставал из могилы ожившим трупом. Пакля рыжих волос скрыла лицо, когда демон кое-как принял сидячее положение.

На них исподлобья взглянули мутные, выцветшие глаза. Ник помнил фото из дела Алана, помнил яркий лукавый взгляд, веснушки на носу и дерзкую ухмылку, которая не сползла с губ даже под прицелом тюремного фотографа, подгоняемая мучительной болью от заговоренного ошейника. Его глаза мягкого зеленого цвета четырнадцать лет назад напоминали о сочной молодой траве, сейчас же казались стеклянными и мертвыми. Ник и вовсе засомневался, в состоянии ли Алан понять их речь.