Книга Диспноэ, страница 223 – Юлия Арвер

— Волнуешься? – Лиза мягко погладила его по волосам и нежно коснулась щеки.

— Очень.

Кирилл откинулся на спинку кресла и вымученно улыбнулся. Они вместе всего три недели, но за это время он привык к ней так сильно, будто прошло уже три года. Правда, отец до сих пор не разговаривал с ним, а еще объявил выговор, скрупулезно отыскав недостатки в проведенной операции на Мшинском болоте. Никому не объявил, только сыну, отказавшемуся жениться на младшей Верещагиной. Про отношения со старшей он еще не знал – ни к чему старику столько потрясений разом.

— Ты сделал все, что мог. Дальнейшие события произойдут уже без тебя и нарастут снежным комом.

— Главное, чтобы этот снежный ком не раздавил меня.

Кирилл ругал себя за излишнюю откровенность, но почему-то не мог утаивать от Лизы навязчивые страхи, не мог врать. Кто, если не она, достойна правды? С ней свобода ощущалась по-настоящему. Кирилл знал, что она из тех девушек, кто не станет прятаться за спиной, а схватит автомат и вместе с ним примется отстреливать врагов. Он доверял и уважал ее как равную. Потому что Лиза и была равна ему, и дело здесь далеко не в крови золотой дворянки. Дело в стальном стержне, спрятанном в этой хрупкой девушке. В ее алых глазах, которые вспороли ему душу и постепенно сшивали из лоскутов во что-то новое.

— Никогда бы не подумала, что князь Воронцов склонен драматизировать, – хмыкнула Лиза и протянула Кириллу свой телефон.

Страница Агеева в «Связи». Огромный статус: «Ждете мое интервью? Уже сегодня все изменится. В 20:00 встречаемся на странице Георгия Дранина».

А на часах тем временем как раз высветились те самые 20:00. Сердце Кирилла дрогнуло. То, о чем он мечтал, к чему готовился, ради чего лишился двоюродного брата. Вот оно.

В кабинет постучали. Ник с планшетом под мышкой опасливо приоткрыл дверь и, не увидев ничего смущающего, проскользнул внутрь.

— Рад, что вам хватает ума не предаваться всяким там низменным страстям на рабочем месте, – хмыкнул он.

— Оставь свои грязные фантазии при себе, – не оборачиваясь, огрызнулась Лиза и подмигнула Кириллу. Ник был не так уж неправ. Неделю назад, во время ее ночного дежурства, кабинет Кирилла лишился девственности. Вернее, его стол. И кресло. Простите, Бор Бор. Молодое поколение оказалось совсем бесстыжим.

Ник опустился на один из стульев и водрузил на стол планшет.

Интервью началось. Всем известные Георгий Дранин и Тимур Агеев дружелюбно здоровались друг с другом и обсуждали, как будет строиться интервью. Сегодня имя Дранина станет еще известней, как и имя Агеева. А еще на слуху появится новое. Имя Кирилла. Он ощущал, как дрожит каждая жилка в теле.

Время до заветных слов Агеева о том, что он принадлежит к обществу прогрессивных молодых дворян и готов бороться за возрождение древних традиций Российского государства, тянулось, но после сказанного вдруг ускорилось. Пушечный выстрел произведен, прозвучало имя Кирилла Воронцова. Имя идейного вдохновителя, главы общества и движущей силы всех их программ. Кирилл слушал четкие ответы Агеева, наблюдал за довольным лицом Дранина и не верил, что этот момент наступил. Ему не помешал никто. Даже Герман.

Интервью длилось час. Стоило ему закончиться, как завибрировал телефон Ника. Через несколько секунд позвонили и Кириллу. Баркалову звонил отец, а Кириллу – Варвара. Он сбросил. После обмана Верещагиной Кирилл ни разу с ней не заговорил. Она приходила в Управление, но охрана не пропустила ее за КПП.