Книга Змеи города роз, страница 121 – Юлия Арвер

До вечера я сжимала зубы, лишь бы не заговорить с Ингаром без необходимости. Его холодный взгляд был лучшим подспорьем моему молчанию. Я пообещала себе, что выброшу из памяти прошлую ночь. Поклялась, что никогда больше наместница воеводы не будет метаться в кровати, думая о простом солдате, к которому всего три недели назад не испытывала ничего, кроме брезгливости. И нарушила каждую из данных себе клятв, когда живот Ингара пронзил призрачный клинок кадара.

Перед лицом смерти все лживые обещания казались мелкими, будто лепестки увядших цветов, устилающие дорожки сада за моими окнами. Я согласилась бы на любое из условий Мауры, только бы он выжил… Только бы на его губах вновь заиграла наглая ухмылка, а в уголках глаз цвета благородного коньяка собрались лучики смешливых морщинок. Мать была права, я – слабачка.

Лицо Мауры приобрело сосредоточенное выражение. Она что-то непрестанно бормотала, осматривая свои огромные припасы, но мне не удалось разобрать ни слова. В минуты ведовства мать становилась не собой, а, скорее, продолжением земли. Она сплеталась с магией, погружалась в нее, как заблудший путник погружается в болото, но сила не топила Мауру, а напитывала невероятной мощью самой матери-природы.

— Наставник не учил меня исцелять людей от демонической скверны, – вынырнув из дурмана мыслей в реальность, сказала мать, отчего мое сердце екнуло в страхе и дурном предчувствии. – Однако я хочу попросить совета у самой земли. Надеюсь, она откликнется на мой призыв.

С этими словами Маура бросилась на поляну, прихватив с собой пузырек с неведомым мне варевом. Я поспешила за ней, отчаянно молясь Творцу, чтобы у матери получилось.

В неясном свете луны мне удалось разглядеть лишь очертания силуэта Мауры, рухнувшего на колени посреди поляны. Она опустошила пузырек, прижала ладони к земле и склонилась к ней, в ночной мгле обретя сходство с могильным холмом.

Подойти ближе я не осмелилась, только бы не нарушить ее связь с землей. Мать почти не дружила с огнем, но остальными тремя стихиями владела на зависть мне замечательно. Особенной для нее была все же стихия земли, которая повиновалась Мауре с детства. Вокруг нее расцветали цветы, оживали засохшие растения и созревал отменный урожай. Огород их семьи полнился овощами и фруктами благодаря Мауре. От нее зависело, будут ли мать и сестры голодать зимой. Наверное, особое положение и пробудило в ее характере жажду власти.

Тихий шепот Мауры скрадывала шуршащая листва, но я вдруг явственно ощутила дрожь под ногами. Сила земли стекалась к матери, откликаясь на ее зов. Как давно мне не приходилось видеть подобной магии!

Маура припала к земле, распластавшись на ней. Она внимала непостижимой силе, а я в благоговении затаила дыхание. Не знаю, сколько длилось это наполненное незримой магией безмолвие. Казалось, что ночь уже на исходе, и вскоре над верхушками деревьев расцветут блеклые краски рассвета.

Наконец Маура стряхнула с себя оцепенение и грациозно поднялась на ноги. Я несмело приблизилась и замерла в ожидании.

— Думаю, я смогу помочь твоему солдату. Земля откликнулась и согласилась забрать себе частицу низшего демона, отравляющую его тело. Я сделаю мазь из трав, которая поможет парню не испустить дух во время ритуала. Айдана мы освободим так, как ты уже делала. Этого ублюдка мне не жаль. Пусть помучается, когда магия насильно вырвет демона из его тела. Амир такого рывка не переживет, поэтому им мы займемся сегодня. Для этого мне придется пойти с тобой.