Книга Демоны города масок, страница 164 – Юлия Арвер

— Допросить вас. Вчера вы не соизволили поговорить с чтицей тела, а ваша служанка и вовсе лыка не вязала. Сегодня я пришел лично.

— Целый командир сыскного отряда. Какая честь. Что ж, давайте пройдем в гостиную. – Голос Амаль звучал на удивление спокойно, без привычного яда и желчи. Я вглядывался в ее лицо, только бы уловить хоть какие-то эмоции, но не видел ни одной. Что она принимала?

— Нет, Амаль Кахир. Я хотел бы поговорить в ваших покоях. И посмотреть на ваши лекарственные снадобья, – отрезал Ратнар и повернулся к Наиму: – А еще потрудитесь пригласить сюда служанку, которая вчера явилась пьяной на допрос. Кажется, Иглу.

Амаль приподняла бровь и едва заметно кивнула своему солдату. Наим тут же бросился выполнять.

— Не кажется ли вам, что это неуместно? Вы собираетесь войти в покои невесты воеводы, когда его самого нет в имении. Господин Ак-Сарин помогает жертвам пожаров, устроенных приспешниками его брата, а вы тем временем стремитесь опорочить мою честь?

— Амаль Кахир, давайте обойдемся без спектаклей? Мы не в театре. Пустите нас в покои, или же мы войдем без разрешения.

Взгляд Амаль скользнул с Ратнара на меня, и ее губы растянулись в пугающе неестественной, угловатой ухмылке.

— Что с вами? – Я не удержался и сделал шаг к ней, отчего оба солдата едва заметно дернулись.

Еще вчера Амаль была совсем другой: разгневанной, напуганной, живой! Сейчас же в ее черных глазах я видел саму смерть.

— Немного переборщила с успокаивающими каплями, – пожала плечами она. – Знаешь ли, я постоянно их принимаю после всего, что произошло со мной в Нараме. Тебе ли не знать, подпоручик Шайзар?

Что, если Варна ошиблась? Амаль принимала успокоительные капли, а Игла попросту напилась до полусмерти, только и всего? Но что невеста Тира перед помолвкой делала в лесу, где пропадают люди? И кто те мужчины рядом с ней? Нет, не мог ответ лежать на поверхности.

— Покажите-ка нам ваши капли, – велел Ратнар, протискиваясь мимо Амаль и распахивая дверь в ее покои.

Та только хмыкнула и провела нас в спальню, где уютно горел камин, а в воздухе плыл аромат эфирных масел. Амаль отодвинула ящик комода, где перекатывались пузырьки с целебными отварами, и сделала приглашающий жест.

— Можете попробовать каждое снадобье, капитан Яровой. Увы, здесь нет ничего для мужской силы. Возможно, вам бы пригодилось.

Ратнар закашлялся и возмущенно уставился на невесту Тира. Я хмыкнул, скрывая смешок, и внимательно осмотрелся. На примятой постели, где, по всей видимости, до нашего прихода лежала Амаль, алело небольшое пятно. Я подошел поближе и увидел на подушке смятый носовой платок с вышитой на ней красной птицей.

— Откуда у вас символ Алого соловья? – вырвалось у меня. Амаль непонимающе свела брови на переносице, а Ратнар даже бросил склянки, которые добросовестно перебирал. Друг схватил платок и внимательно его рассмотрел.

— Давненько я не видел напоминаний о ней. С тех пор, как казнили того шаньюнца, что истребил поселение в Фадаяте, – протянул Ратнар.

Я вновь внимательно изучил алую птицу, вышитую на белоснежной материи. Откуда этот платок взялся у Амаль?

Десять лет назад, после гибели Алого соловья Шань-Юна и кровавого истребления знати, замешанной в ее убийстве, в Белоярскую империю бежали последователи сошедшей с ума демоницы. Да, она погубила Аждарху – главное оружие в войне с Нашадом, но вконец ополоумела и пролила реки крови невинных людей. У жестокой жены вана Шань-Юна осталось большое число почитателей и подражателей, несмотря на то что после смерти любые упоминания о ней запретили. Сбежав от преследования на родине, выродки принялись творить бесчинства там, где осели. Ратнар лично ловил нескольких из них. Сейчас же я воочию увидел символ Алого соловья. И у кого!