Книга Демоны города масок, страница 77 – Юлия Арвер

Ты даже не представляешь насколько. Попробуй разозлить ее, и узнаешь.

— Тебе известно, что она сбежала от брата? Я писал об этом.

С видом уставшего ребенка, которого строгий учитель заставляет учиться читать, Тир кивнул.

— Мне хватало и своих проблем. Я думал, что Амаль поможет мне их решить, а не принесет в загашнике свои, – наконец признался он.

В этом был весь Тир. Чужие горести, если не совпадали с его проблемами, почти никогда не волновали воеводу. Я давно свыкся с его самовлюбленностью, но не все соглашались терпеть подобное. Женщины, например, долго не выдерживали, если он сам раньше не исчезал из их жизней.

Я не мог назвать Тира другом. Скорее, товарищем, вынужденным подопечным, а теперь и будущим родственником, которому требовалась защита. Кем же он считал меня – загадка.

— Ты даже не представляешь, сколько горя принес ей брат. Я не стал писать этого в письме, – признался я и поведал Тиру все, что случилось после моего появления в Вароссе.

За это время Брай успел принести нам ужин и графин с хлебным вином. В перерывах между блюдами я рассказывал и рассказывал, пока глаза воеводы медленно округлялись и от выпитого, и от услышанного. Опустил я только наши странные чувства, переросшие в пылкую ненависть с ее стороны. Ни к чему Тиру это было знать. Я поклялся себе стать Лире лучшим мужем из всех возможных. Пусть же унизительные чувства к бывшей наместнице Вароссы останутся моим секретом.

— Если бы Амаль не сбежала, то люди Айдана убили бы всех ее солдат. Не знаю, что сделали бы с ней самой. Возможно, старший брат пытал бы ее лично. Судя по всему, у него беда с головой. Как и у младшего брата, – закончил я.

— Значит, я нужен Амаль не меньше, чем она мне. Нет для нее ничего хуже, чем возвращение к ненавистному брату. Пожалуй, это можно использовать, – покрутив в руках рюмку, подытожил Тир.

— Я знаю ее не так долго, но понял одно: Амаль мягче, чем кажется. Не пытайся сломать ее, если можно договориться. Она лучше, чем ты думаешь о ней. Чем мы думали о ней, – выпалил я.

Глупая детская зависть заставила меня презирать Амаль. Тир же перенял отношение как от отца, так и от меня. Он судил о ней так, как судил я. А я ошибался.

Я считал себя покинутым ребенком, рожденным благодаря издевательской шутке природы. Мечтал заслужить любовь отца с матерью, но видел в их глазах лишь страх. Изредка мне доводилось встречать Мауру с ее дочерью – кудрявой черноглазой девчонкой, разряженной, словно дорогая кукла. Она покорно следовала за матерью, высокомерно не замечая людей вокруг.

Маура с гордостью предъявляла дочь миру, как величайшее сокровище, и я наивно считал Амаль счастливейшим ребенком на свете. Еще бы, дочь воеводы и сильнейшей ведьмы! Будучи забитым, завистливым мальчишкой, я, конечно же, не слышал ни о каком привороте. Амаль виделась мне счастливицей, получившей все сокровища мира.

Теперь же я с грустью понял, что в Даире рос ребенок, еще более несчастный, чем я. Мы оба – покинутые и преданные дети.

И именно это я хотел донести до Тира.

— Уж прости, друг, но мягкой она не выглядит, – отрезал воевода. – Эта ведьма сожрет меня с потрохами, если я расслаблюсь.

— А ты попробуй стать ей другом, а не врагом. Ради друзей она готова на все.

Например, уговорить свою мать помочь мне, предателю и лжецу, выторговать у нее мою жизнь, а после – отпустить в стремлении вновь спасти. Я опрокинул в себя очередную рюмку, только бы забыть о гадком ощущении собственной ничтожности.